Ему хватило совести даже сделать вид, что он понял. Лорента почти не сомневалась, что это ложь, но надежда на то, что гордыня не позволит Вэйлу выложиться вполсилы, заставляла ее верить в его возможную победу. Соперники, на первый взгляд, и вправду были ни к черту…
Трудно было сделать вывод о том, какие они пилоты, по поведению на земле, но насчет остальных качеств Лорента была уверена гораздо тверже. Большинство участников — либо обыкновенные искатели приключений вроде нее самой, либо хвастливые самодуры с раздутым самомнением и манией величия. Девушка смотрела на то, как эти юнцы трутся перед своими лодками — причудливыми гибридами самолетов и гоночных машин Древних — улыбаясь девицам направо и налево, и едва сдерживала смех, мысленно делая ставки, на какой минуте гонки они сойдут с дистанции.
Умнее всех, по ее мнению, поступил пилот восьмой лодки — он и вовсе не стал показываться публике, забравшись в кабину еще до того, как к старту стянулись зеваки. Поэтому сейчас у его синего судна было безлюдней, чем на улице посреди ночи.
Дружок Вэйла, коротконогий Хэ, красовался у своего аппарата с видом если не победителя, то как минимум главной звезды гонки — видимо, на этот лад его настраивал тот факт, что он занял номер выбывшего Чарли Алмаза, чье имя не сходило с уст людей вокруг даже при том, что его самого не предвиделось вовсе.
С другой стороны, на месте такой легенды, какой успел стать этот человек, Лорента вела бы себя в точности, как пилот восьмой лодки. Она покосилась на синий кораблик и мысленно сделала заметку понаблюдать за ним — если в глаза бросятся признаки высокого профессионализма, сомнений у нее не останется…
Правда, в таком случае Вэйлу ни за что не победить, а поэтому… пусть лучше “восьмеркой” окажется дилетант, отчаянно желающий показаться темной лошадкой.
Сам же Вэйл, выступающий под почетным последним — двадцать девятым — номером, незаметно стоял в конце строя и оглядывал своего железного коня неприметного медного цвета. Ни для него, ни для расположившейся по соседству летчицы с самонадеянным псевдонимом Сесиль Койве зрителей как будто бы не существовало. Впрочем, Лоренте показалось, что женщина пару раз поискала кого-то взглядом в толпе, и, не найдя, потеряла к ней всякий интерес.
Кто-то из зевак задел Лоренту плечом, и девушка подавила желание сделать замечание — во-первых, сейчас она была биоандроидом, а во-вторых, свою нервозность надо учиться держать в узде даже тогда, когда она грозится свести тебя с ума. Ей в голову лезло все и сразу — от страха нового видения до разработки плана на случай похищения этого снадобья из лавки Шокуни.
И все же сложнее всего было отогнать мысли о том, как пойдут дела в случае их с Вэйлом успеха. Сейчас Лоренте казалось, что вылечи они Ная — и Клетка гарантированно будет в кармане. Умом она понимала, что это наивно и глупо, но сердцем…
Еще никогда собственное решение не казалось ей таким правильным. Вэйл мог допускать сколь угодно сомнений насчет чистоты ее помыслов и подозревать во всех смертных грехах — сейчас ей было все равно. Потому что она знала правду. И этого достаточно.
Искаженный металлический голос прорезал праздный галдеж толпы, и Лорента в едином порыве с остальными зрителями подняла глаза на балкон салона Эйприла, расположенный на втором этаже “мухи”.
Почтенный седовласый джентльмен, который наверняка и был Эйприлом, держал в руке странный прибор, небольшую железную коробочку, в разы увеличивающую громкость его голоса из-за связи с громкоговорителями, развешанными на столбах. Он подождал, пока толпа более-менее затихнет, и торжественно заговорил:
— Дамы и господа! Приветствую всех на моей традиционной открытой регате! Для нашего салона большая честь принимать такой праздник профессионализма и торжества передовой технической мысли…
Лорента никогда не любила все эти вступительные речи, натужные и наигранные в своей напускной пафосности. Потеряв нить того, о чем вещал господин Эйприл, девушка посмотрела на Вэйла — а точнее, на его лодку, потому что он уже сидел внутри и готовился к старту.
— Итак, повторю правила для тех, кто участвует в нашей регате впервые, — Лорента вновь решила послушать Эйприла, — Лодки стартуют с земли и финишируют так же на земле, собственно, именно на этой площади. Во время гонки они должны преодолеть все воздушные препятствия, исполнить несколько заявленных регламентом “фигур”, выполнить несколько заданий и, соответственно, вернуться в кратчайшее время, — Лорента едва разбирала его слова из-за галдежа голосов вокруг, — За исправностью выполнения этих критериев следят индикаторы и счетчики, установленные на панелях лодок. При неисправности оных результат пилота будет обнулен. О полных правилах и запретах можно прочитать в регламенте регаты или справиться у моих помощников. А теперь давайте пожелаем удачи нашим летателям!
Толпа зрителей разразилась криками и аплодисментами. У некоторых в руках даже были плакаты с именами тех, за кого они болели. Лорента усмехнулась и пожелала им всего наилучшего.