Вэйл еще раз посмотрел на него. Посмотрел в тощее и бесцветное лицо парня, который без раздумий в первый же день потратил кучу денег на одежду для него — практически незнакомца — и пустил ночевать под свою крышу. Посмотрел на тонкие, почти бесплотные, но такие цепкие руки, которыми он держал Лоренту у открытого шлюза, не позволяя отправиться прямиком в бездну. Посмотрел на плечи — два острых угла, заметных даже под толстым свитером — которые держали на себе всю их экспедицию, всю ответственность — и даже не думали переложить ее на других.
В конце концов Вэйл посмотрел и на склянку в своей руке. И ничего не сделал.
Най очнулся не скоро. За время, пока он был без сознания, Лорента успела извести себя тревожными мыслями — но использовать снадобье без позволения самого Ная девушка бы ни за что не решилась.
Как-никак, риск, что оно может сделать только хуже, никуда не делся.
И вместо того, чтобы пощадить себя после пережитых злоключений, Най, едва придя в сознание, чуть было не сорвался к Вэйлу:
— Сколько прошло времени!? — Спохватился он, — Мы улетели? Все в порядке?
Честно говоря, Лорента понятия не имела, где они сейчас. Не было сомнений только в том, что “Атлантика” действительно висит в воздухе.
— Успокойся, — Заверила девушка, — Все под контролем.
Най откинулся на подушку, отчаянно избегая встречаться взглядом с Лорентой. Наверняка он боялся того, что она могла ему сказать.
— Нам нужно поговорить, — Начала девушка, упершись локтями в колени.
— Я и сам знаю, что облажался, — Най отвернул голову к стене, — Прости.
— Я не собираюсь тебя ругать. Ты не ребенок и сам несешь за себя ответственность.
Наверное, в ее тоне все-таки было что-то осуждающее. Это Лоренту нисколько не смутило — она и вправду злилась на этого самонадеянного идиота за глупость, которую он выкинул. А если бы все закончилось гораздо хуже!?
— Ты очень плохо выглядишь, — Направив свои мысли в нужное русло, продолжила она.
— Вот уж новость…
— Вэйл сказал, кость не задета, но ты потерял много крови, — Девушка кивком указала на его перебинтованную ногу, — И рана очень глубокая.
— Доживать последние дни калекой, значит… Ладно, приму к сведению.
В голосе его не прозвучало ни одной эмоции, словно он даже не отчаялся — ему уже попросту плевать.
— Най, у меня есть для тебя кое-что, — Лорента взяла со стола флакон со снадобьем и показала ему, — Это лекарство вызвало у меня видение. В нем энергия Клетки.
Он дотронулся до склянки, но в руку ее не взял:
— Откуда оно у тебя?
Лорента улыбнулась своему воспоминанию и забывчивости Чарли Алмаза.
— Долгая история. Но… я прошу тебя — давай попробуем, — Она подвинулась на самый край стула и подалась вперед, — Конечно, я пойму, если ты не захочешь довериться мне или этому снадобью. Мне сказали, оно очень старое и неизвестно, сохранило ли свои свойства, но я клянусь, оно наслало на меня видение, а значит, сила в нем еще есть…
— Тогда давай попробуем, — Най легонько задел ее руку пальцами и сразу же уронил ладонь на постель. Он вдруг показался ей изрядно постаревшим, словно они не виделись несколько лет, а не часов.
Ни энтузиазма, ни надежды — его голос снова был сухим и серым, почти такого же цвета, как бескровное лицо.
Что ж, значит, она будет надеяться за двоих.
Не желая терять ни минуты, девушка вскочила со своего стула и принялась искать в ящике с лекарствами шприцы.
— Ты хоть знаешь, что с ним надо делать? — Вдогонку поинтересовался Най, — С этим снадобьем?
— Вводить в кровь… вроде бы, — Растерянно отозвалась Лорента, вмиг пожалев о сомнении в своем голосе.
Но Най не взял его во внимание. Кашлянув, он попытался сесть на постели, но спустя мгновение оставил эту затею и с едва слышным стоном лег обратно.
— Не бойся, я делала уколы прежде. Бабушке, — Успокоила его Лорента, набирая в шприц мутную, насыщенного зеленого цвета жижу.
Най покорно вытащил руку из-под покрывала и предоставил ей, ловя глазами каждое ее движение.
— С тобой даже проще, — Лорента говорила это скорее для успокоения собственных нервов. Она взяла тонкую жилистую руку, исполосованную набухшими зелеными дорожками вен, — Точно не промахнусь.
Но промахнуться она все равно боялась. Дело ведь не в том, насколько тверда ее рука и отточен навык, а в том, что Най… стоял особняком среди всех ее знакомых. Лорента и прежде испытывала симпатию к мужчинам, но такую сильную — никогда.
Никогда и ни за кого, кроме бабушки, она не переживала так сильно, как за него. Словно весь мир вдруг рухнет, если с ним что-нибудь случится — тем более, если по ее вине.
Поэтому своими руками ввести ему то ли яд, то ли спасительное зелье, то ли попросту пустышку оказалось гораздо сложнее, чем она себе представляла.
— Можешь не смотреть? — Попросила она.
— Не думал, что тебя можно чем-то смутить, — Най попытался улыбнуться.
Игла проткнула кожу и вонзилась в вену. Секунда, две, три — зеленой жидкости в шприце становилось все меньше.
— Больно? — Не сводя глаз с его руки, спросила Лорента.
— Жжет немного. Но не больнее, чем штырь в ногу.