Губы у него дергаются, порываясь сложиться в презрительную усмешку, но Джулиан удерживается. Пребывание в Рокасте пошло ему на пользу, как и остальным. Тут больше припасов. Хорошая теплая одежда, чтобы противостоять холоду. Еда сытнее, спальни уютнее. Лицо Джулиана вновь обрело цвет, а испещренные сединой волосы – блеск. Он Серебряный. Рожденный для процветания.
– Ах, простите. Я-то думал, что вы сидите на холодном бетоне просто ради развлечения, – отвечает он.
Мы с ним уж точно друг друга не любим. Сара кротко упрекает его взглядом, и он тут же смягчается.
– Извини, Кэмерон, – быстро произносит Джулиан. – Я просто хотел кое-что сказать Саре.
Сара вопросительно поднимает бровь. Я поднимаюсь, чтобы уйти, однако она останавливает меня и кивком просит Джулиана продолжать. Он всегда повинуется, когда дело касается ее.
– Произошел настоящий исход из столицы. Мэйвен изгнал десятки аристократов, в основном старых советников своего отца, ну и тех, кто, возможно, еще хранит верность Кэлу. Я… я сначала не поверил данным разведки. Ничего подобного я раньше не видел.
Джулиан и Сара смотрят друг на друга, и оба размышляют, что это значит. Однако меня совершенно не волнует кучка Серебряных лордов и леди, старых друзей Джулиана и Сары.
– А Мэра? – громко спрашиваю я.
– Она всё еще там и в заключении. И любые выпады бунтующих домов… – Джулиан вздыхает и качает головой. – Мэйвен уже начал войну – а теперь он готовит бурю.
Я ерзаю, усаживаясь поудобнее. Он прав. На холодном бетоне сидеть неприятно. Хорошо, что я к этому привыкла.
– Мы и без того знали, что спасти ее невозможно. Какая нам польза от ваших сведений?
– Есть плюсы и есть минусы. У Мэйвена стало больше врагов – значит, у нас больше возможности действовать за пределами его досягаемости. Но он смыкает ряды, отступает в хорошо защищенное место. Мы никогда не доберемся до него лично.
Сара издает низкий звук. Она не может выразить то, что думаем мы все, и за нее говорю я.
– И до Мэры.
Джулиан, посерьезнев, кивает.
– Как твои успехи?
Он меняет тему с головокружительной быстротой, и я, запинаясь, отвечаю:
– Н-неплохо. Тут у нас мало учителей.
– Потому что ты отказываешься тренироваться с моим племянником.
– Пускай себе другие тренируются, – отвечаю я, не удосуживаясь сдерживаться. – Но я не поручусь, что не убью его, поэтому лучше не искушать судьбу.
Сара щелкает языком, но Джулиан легким движением руки просит ее помолчать.
– Ладно. Ты, наверное, думаешь, что я не понимаю и не могу понять твою точку зрения, и ты права. Но я изо всех сил стараюсь, Кэмерон. – Он смело делает шаг к нам, сидящим со скрещенными ногами на полу. Ничего приятного в этом нет, и я поднимаюсь, позволяя оборонительным инстинктам взять верх. Если Джулиан Джейкос подошел ко мне так близко, лучше я приготовлюсь. – Не нужно бояться меня, клянусь.
– Обещания Серебряных ничего не значат.
Я говорю спокойно. Слова сами по себе достаточно резки.
К моему удивлению, Джулиан улыбается. Но лицо у него пустое и невыразительное.
– Как будто я этого не знаю, – произносит он, скорее обращаясь к себе и Саре. – Держись за свой гнев. Сара, возможно, не согласится со мной, но он для тебя будет полезнее, чем что-нибудь иное. Если ты научишься им управлять.
Хотя я не нуждаюсь в советах этого человека, я невольно запоминаю слова Джулиана. Он обучал Мэру. Было бы глупо отрицать, что он может усилить мою способность. А уж гнева у меня хватает.
– Есть другие новости? – спрашиваю я. – Фарли и полковник, кажется, застряли, ну или твой племянник их тормозит.
– Да, похоже, что так.
– Надо же. Я думала, он всегда не прочь подраться.
На лице Джулиана вновь появляется странная улыбка.
– Кэла с детства учили воевать – точно так же, как тебя приучали к машинам. Но ты ведь не хочешь вернуться обратно на фабрику?
Ответ застревает у меня в горле. «Я была рабыней, мне не дали выбора, ничего другого я и не знала».
– Не умничай, Джулиан, – с трудом выговариваю я сквозь стиснутые зубы.
Он просто жмет плечами.
– Я пытаюсь понять твою точку зрения. Постарайся и ты понять Кэла.
В другой день я бы выскочила из комнаты, злая и готовая обороняться. Нашла бы утешение в испорченном выключателе или оголенном проводе. Но вместо этого я сажусь обратно на свое место рядом с Сарой. Я не побегу от Джулиана Джейкоса, как напроказивший ребенок. Я имела дело с надсмотрщиками, которые были гораздо хуже, чем он.
– Я видела, как умирают младенцы. Не увидев солнца, не вдохнув свежего воздуха. Мы были вашими рабами. А ты это видел? Если да, тогда можешь говорить мне о точках зрения, лорд Джейкос. – Я отворачиваюсь от него. – Дай мне знать, когда принц наконец выберет сторону. Хоть какую-то.
Я киваю Саре.
– Давай еще разок?
Много месяцев назад, когда Серебряные бежали из Замка Солнца, напуганные тем, что произошло на их драгоценном балу, это был единый порыв. Все дружно уехали вниз по реке, и силы собрались в столице. Теперь происходит нечто обратное.
