Хорошо знакомое и широко распространенное явление: чтоб избежать призыва на военную службу в разгар Первой мировой войны, многие хитрожоппые представители чиновничевства, буржуазии и даже дворянства – за мзду фиктивно устраивались на предприятия оборонного значения, или на железную дорогу – где была «бронь». Случился Октябрьская революция, а они оказывается – пролетариат…
Как кстати, то!
Вот и, этот – из таких же.
– В вашей биографии указано участие в красном партизанском отряде с 1918-го года по 1919-й, борющемся против Колчака…
Достаю ещё один – подлинный документ, полученный по корреспондентскому запросу:
– Однако, если верить письменным свидетельствам командира и бойцов партизанского отряда – действовавшим в тот же период в той же местности, такого «партизана» как Вы – они не знают.
Тот мямлит, пытаясь выкрутиться:
– Я был связным… В подполье… Конспирация, понимаете ли…
Усмехаюсь благожелательно:
– Видно, то «подполье» было очень глубоким!
Вмиг посерьёзнев, достаю очень добротно состряпанную «липу»:
– А вот по этому документу, можно предположить, что ваше «подполье» называлось «Государственной охраной» (контрразведка у Колчака. Авт.). Вы в ней служили в звании корнета, под именем Леопольд Кудасов[35]…
Вижу – покрывается разноцветными пятнами, чем-то напоминая выцветший тропический камуфляж.
Чтоб преждевременно не отдал душу Кондратию, а так же из-за соображений – что врать надо дозировано, несколько разочарованно добавляю:
– …Впрочем, именно за Вами никаких особых злодеяний не числится – лишь конвоирование арестованных и охрана. Как говорится: «Яблоко от яблони…»! Избиения, вымогательства, грабёж заключённых, редкие случаи насильственного мужеложства… Увы – свидетельств об участии в массовых казнях или порках шомполами нет. Однако, сам факт утаивания – характеризует Вас по крайней мере, как неискреннего по отношению к народной власти человека.
На самом деле, конечно – этот тип перекантовался где-то, всплыв только после установления твёрдого порядка в 1921-ом году. Был бы тот «твёрдый порядок» колчаковским – был бы этот тип в данный момент – жандармом, полицейским или ещё каким-нибудь сатрапом.
Бегло читаю написанное, пересказываю своими словами, комментирую:
– Единственный временной период вашей автобиографии, в котором концы с концами сходятся: после изгнания силами РККА и партизан «Омского правителя» из Сибири – Вы устроились на службу в уголовный розыск города Ейск и быстро пошли на повышение…
А далее пошла галимая «липа»:
– …Но одновременно, Вы через подставное лицо создали псевдо-кооперативную заготконтору «Рога и копыта» – нанеся урон государству в размере полутора тысяч миллионов рублей. Через другое подставное лицо, от имени «Добролёта» собирали деньги на строительство аэроплана «Ейский большевик» – с целью присвоения их в мошеннических целях, но главное…
Продолжительная театральная пауза – пусть помучается в догадках, и:
– …Вы создали подпольную антисоветско-контреволюционную организацию «Союз меча и анала», с целью свержения власти рабочих и крестьян.
Тут уж, имярёк не выдержав, соскакивает и вопиет:
– Это – чудовищная провокация!
Кулаком по столу и ору, давая понять, что игра в бирюльки закончилась:
– СИДЕТЬ, КОНТРА!!! МОЛЧАТЬ!!!
Немцы, довольно жёстко действуя, усаживают его назад на стул – от всей души добавив «заряд бодрости» под рёбра, а я помолчав, типа – успокоившись, продолжаю в очень суровом тоне:
– У меня нет оснований не доверять словам ейских товарищей из ГПУ, гражданин заговорщик. Ибо, перебравшись в Ульяновск после разоблачения в родном городе, Вы принялись за старое – за создание подпольной антисоветской организации. После этого, перешли к открытой террористической деятельности против представителей Советской власти – зверски убив Председателя Ульяновского волисполкома ВКП(б).
Захлопнув папочку, спрашиваю:
– Что на это скажите?
Спустя минуту, тот – прямо как в одном голливудском боевичке (не помню названия), пытается наглеть:
– Какие будут ваши доказательства?
Стараясь от показного удивления, поширше раскрыть свои очи:
– «Доказательства»? А какие доказательства Вы предъявляли командирам «Вагнера» Васильцеву и Купцову – которых уж неделя как, как мурыжите в подвале? По каким доказательствам ваши «заплечных дел мастера» угробили двух молодых комсомольцев из Нижнего Новгорода?
Тот:
– Доносы… Заявления граждан. А этих двоих задержали на месте преступления…
– «Заявления граждан»?! Так держите ответку!
Достаю из папки кучу от руки исписанных листов и бросаю на стол перед ним:
– Здесь, даже показания двух ваших «дуболомов» имеются – узнаёте почерк…?
Тот, только глянув на каракули одного из своих следователей-садистов, хватается за голову.
А я продолжаю:
– «На месте преступления»?!
Достаю из сейфа пачку бумаг (списки членов организации, инструкции на «ненанашим» языке, антисоветская литература и прочее тому подобное) и тычу ею ему в лицо:
– Всё это нашли при обыске в сейфе, ключи от которого имеются только у Вас…! Понятые Вам нужны? Вот Вам подписи понятых! Протокол обыска? Вот Вам протокол обыска!
