— Мне не нужно твое фальшивое сожаление. Я хочу вернуть своего мужа! Верни его… верни его о-обратно. — Из ее глаз снова потекли слезы. Ее тело сотрясалось, когда она рыдала, падая на землю. — Верни его…
Я опустился перед ней на колени и обнял, пока она изливала всю свою печаль в моих объятиях.
— Мне так жаль… — прошептал я.
У меня нет слов, чтобы описать ей, как мне больно смотреть, как она ломалась. Я знал, что она чувствовала сейчас, поскольку я был там. Никакие утешения или время никогда не изгладили бы эту печаль из ее памяти и ее жизни.
Все, что я мог сделать, это отомстить за потерянные жизни, убив ублюдка, который устроил этот хаос, того, кто разрушил жизни этих невинных людей.
— Сэр? — услышал я сзади голос Франко.
Я повернулся к нему лицом, когда он протянул мне листок бумаги.
— Это было оставлено для вас.
Я взял бумагу и развернул ее.
Гребаный Аид.
***
Я резко дернул за галстук. Разочарование и злость переполняли меня, когда я вошел в свой кабинет.
Что, черт возьми, происходило?
Как, черт возьми, все разваливалось на части? Кто за этим стоял?
Самое главное, откуда он все знал о моих тайнах?
Я сорвал свои серебряные запонки, не заботясь о том, что они стояли тысячи, и закатал рукава ниже локтя. Огонь, горевший в камине, был единственным источником освещения в комнате.
Моя тень отражалась на стене передо мной, как будто она предвидела мое будущее. Будущее, в котором я проигрывал битву. Тень, в которой я падший король.
Абсолютно невозможно, чтобы кто-то знал о моих тайнах. Кроме меня и Франко, ни у кого больше нет такой информации. И я совершенно уверен, что Франко не жаждал смерти, действуя за моей спиной и предавая меня. Положив ладони на стол и тяжело дышал, пытаясь успокоиться. Пот стекал по моей шее, когда несколько мыслей бродили в моей голове, но ответа не видно.
Франко последовал внутрь, заложив руки за спину и сохраняя невозмутимое выражение лица.
Я провел рукой по волосам и сжимаю челюсти.
— Откуда, черт возьми, Аид знает о моих владениях?
Тишина.
Я с силой хлопнул ладонью по столу, заставляя его дрожать от моей ярости.
— Откуда, черт возьми, он знает, Франко?! — закричал я во всю силу своих легких.
Он сглотнул, глядя мне в глаза жестким взглядом.
— Есть кое-что, что вам нужно знать, сэр.
Я повернулся и зашагал к нему, становясь прямо перед ним. Мои ноздри раздувались, когда я готовился избить Франко до полусмерти в ту минуту, когда он признался бы, что продавал информацию Аиду.
Я почувствовал, как опасно пульсировали вены у меня на лбу. Мои нервы бились, как неугомонная лошадь.
— Не перевирай слова. Просто скажи все, что у тебя есть, прямо, не теряя ни секунды, Франко. Так что говори сейчас.
Он пошел сначала закрыть дверь, прежде чем вернулся на прежнее место.
— Это Тейя.
Мое лицо тут же нахмурилось. Мое тело замерло от его обвинения, но я отреагировал не сразу.
— О чем ты говоришь? Как Тейя?
— Все это время именно она отправляла информацию Аиду…
— Это невозможно.
— Так и было, но она разыграла нас всех, как гребаных дураков, и самым большим дураком, которого она выставила, были вы, сэр, — его голос повысился на ступеньку с ноткой досады.
Я сдерживал свою ярость, хотя мне хотелось выхватить пистолет и пристрелить его прямо сейчас.
— Не забывай, с кем ты, блядь, разговариваешь, Франко.
Он саркастически усмехнулся.
— Я прекрасно осведомлен, сэр. Я разговариваю с Люцифером, который гребаный трус и слабак, потому что он слишком ослеплен любовью, чтобы даже видеть собственное разрушение.
Мои кулаки сжимались, так как контролировать свой гнев становилось все труднее и труднее, и хотя сердце бешено колотилось в груди, я изо всех сил старался сохранить самообладание.
— Переходи к гребаной сути, Франко, иначе в следующую секунду ты не сможешь сказать ничего другого целую вечность.
— С первого дня она притворялась невинной и беспомощной, хотя на самом деле использовала это как маску для достижения своей цели. Я видел, как она осматривала дом, словно что-то искала, и большую часть времени я находил ее в вашем кабинете, сэр.
Теперь мое самообладание рушилось, теперь было почти невозможно притворяться, что мне на это наплевать. Казалось, будто в меня вонзали кинжалы, но я ничего не мог с этим поделать. Эта женщина вернулась в мою жизнь в качестве моей пленницы, но своей игрой она сделала меня своим пленником. Она использовала меня все это время.
Черт. Я был гребаным идиотом.
