Сомнений не остается – слышала. Выпученные глаза и полуоткрытый рот лучшее тому доказательство. Люба хватает губами воздух, будто очень хочет что-то произнести, но слова просто застревают у нее в горле.
- Ты серьезно? – наконец-то прошептала она и тоже начала озираться по сторонам. Придвинулась ко мне ближе в целях безопасности.
- Да. – бесцветно выдавила я и растерянно посмотрела на Любу. – Даже не знаю, как я позволила себе это. Словно наваждение. У меня будто мозг отключился. И я была убеждена, что Богдан мне не верен, а оказывается у него ничего нет с секретаршей.
Я вздыхаю и на секунду чувствую облегчение. Слова, тяжким грузом повисшие в разуме, наконец-то вырвались на свободу. Наверное, не зря говорят, что иногда нужно просто выговориться, чтобы почувствовать себя лучше.
- Значит, решила проверить мою теорию? – шутит подруга.
- Она работает прямо пропорционально. – бурчу я в ответ. – Хотя, нужно отдать тебе должное, если бы у Богдана действительно был роман на стороне, эта интрижка помогла бы мне более быстро принять решение о разводе. Собственно говоря, так я и собиралась поступить до сегодняшнего дня.
В подробностях пересказала подруге свой разговор с Богданом и его помощницей, разбавляя рассказ еще парой бокалов игристого напитка. Веселые пузырьки щекотали горло, временно высвобождая мысли от сковывающего напряжения.
- Только не говори, что теперь решила ему во всем признаться. – изрекает подруга в ответ на мой монолог о том, что строить брак на измене я все равно не смогу. И в этом случае уже маловажно, чья именно измена была – моя или его.
- Предлагаешь мне сделать вид, что ничего не произошло?
- Это не конец света, Мирр. – убежденно говорит Люба. – Ты почувствовала себя одиноко. Оступилась. С кем не бывает?
«Со мной не бывает» - мысленно отвечаю. «Со мной никогда такого не должно было произойти».
- Случайная связь, это еще не повод рушить то, что вы с Богданом строили столько лет. Ты же сама говорила, как не хочешь все это терять. Подумай. Секс это всего лишь секс. Не больше, не меньше. По статистике самые крепкие браки те, в которых один или оба партнера, время от времени позволяют себе развлечения на стороне.
Я уныло смотрю на девушку и искренне ей завидую. Люба всегда была более продвинута в прогрессивных взглядах на эту жизнь. Не поддавалась давлению общества и жила так, как хотела. Ей тридцать пять, но в свои годы она даже не думает о замужестве, детях, или привычной стабильности.
Иногда мне кажется, что ей это просто не нужно. Ведь со стороны она выглядит абсолютно счастливой. Живет для себя, не обремененная заботами и нелепыми стрессами. Окружена мужским вниманием и совершенно не испытывает вины, даже когда в ее жизни появляется несколько мужчин одновременно. А если положить руку на сердце – такое бывает нередко. Кто-то назвал бы это низкими моральными принципами. Но для Любы это значит одно – свобода. Пьянящая. Кружащая голову. И такая бесценная.
Кто я такая, чтобы ее осуждать? Каждый имеет полное право выбирать тот образ жизни, который ему по душе.
На плечи ложатся тяжелые руки, и тело моментально сосредотачивается, выдирая меня из мыслей, которые так не вовремя лезут в голову.
- Веселитесь? – спрашивает Богдан, присаживаясь с нами за столик и протягивая руку с бокалом.
Звук соприкасающегося стекла отдался колоколом в голове.
- Сплетничаем. – шутливо отзывается Люба, беззаботно улыбаясь Богдану. Настолько беззаботно, будто я ей минуту назад и вовсе не рассказывала о своей неверности мужу. Мне бы такое актерское мастерство – жизнь стала бы легче в разы. Мои мысли тут же подтверждает Богдан:
- Мирр, ты напряжена как струна сегодня. Может уже расслабишься? В конце концов всё это организовано для тебя. – он, как мог, пытался скрыть раздраженные нотки в голосе, но я все равно их уловила. Может быть за столько лет просто успела выучить мужа, как свои пять пальцев. К сожалению, он меня знает не хуже, и точно видит куда давить.
Я виновато улыбаюсь, лепечу что-то абсолютно невнятное в ответ. А сама в это время думаю, что пока муж занимался организацией праздника и выбором подарка для любимой жены – жена в это время отдавалась другому мужчине.
***
Глубокой ночью того же дня я лежала в нашей с Богданом постели, затаив дыхание. Праздник закончился, а остаточный алкоголь в крови не уберег от страха остаться один на один со своими мыслями.
Провозившись в ванной более часа, я искренне надеялась, что муж уже уснет, когда я вернусь в кровать. Но этого не произошло.
Его рука легла мне на бедро и сжала.
- Мирка, такая красивая сегодня была. – прохрипел муж.
На вечере он немало выпил, и теперь в его голосе отчетливо прослеживались веселые пьяные нотки. Это неожиданно начало меня раздражать. Не помню, чтобы раньше чувствовала что-то подобное.
Рука скользила все выше, забираясь под ткань шелковой пижамной майки. Пересчитала ребра и добралась до груди. Уверенно стиснула.
Я зажмурилась, так и не решившись повернуться к мужчине лицом. Тело больше не отзывалось на его прикосновения. Разум протестовал. В душе зарождалась злость.
