Валя упала обратно на диван, натянула на себя плед, словно дурацкий щит, и уставилась в потолок. Потолок ответил ей жёлтым пятном от старого потопа. Всё, что раньше казалось унылым бытом, теперь будто издевалось над ней: вот тебе, Валентина, реальность. Вот тебе взрослые отношения. С плесенью на потолке, с пятнами на скатерти и с головой, набитой такими фантазиями, что впору вызывать экзорциста.
Внутри всё бурлило, взрывалось, клокотало, как кастрюля борща, забытая на плите. Сердце било тревогу: дыньк—дыньк—дыньк, как бракованный дверной звонок.
– Ой, глянь на себя! – хохотала Кляпа. – Жопа на взводе, мысли набекрень, грудь прыгает сама по себе! Вот это я понимаю – подготовка к контрольной по горизонтальному положению!
Валя застонала, закутавшись в плед до самых глаз. Как же это всё могло случиться? Как так вышло, что её, Валентину Порядочную, Валентину Правильную, Валентину «мама мной гордится», разворотило на первом же в жизни родительском собрании?
– Потому что, Валюша, – важно проговорила Кляпа, с шутовским придыханием, – природу не обманешь! Сколько бы ты ни носила свои серые пиджачки, сколько бы ни красила губы бежевыми помадами и ни прятала косичку в тугой хвостик – глубоко внутри всегда сидела маленькая развратница с дипломом отличницы! И вот она вылезла – с песнями, плясками и чётким запросом: «Хочу секса с класруком младших классов!»
Сердце Валентины стучало где—то в глотке, мешая нормально дышать. В голове вертелись обрывки воспоминаний: Павел Игоревич поправляет галстук, Павел Игоревич щурится от солнца, Павел Игоревич говорит ей: «Вы, Валентина, очень ответственная…»
И как только он сказал это слово – «ответственная» – её мозг коротнуло, а тело само пошло вперёд, словно кто—то незримо подтолкнул её в спину.
– Ага, ага, ответственная! – кивала Кляпа, фыркая от смеха. – Ответственная за собственный оргазм! Молодец, горжусь! Диплом в студию!
Валя всхлипнула и закусила губу. Её трясло от внутренней бури, и единственное, что она могла сейчас делать, – это сидеть, кутаясь в плед, как в последнюю иллюзию безопасности.
– Ой, вижу, кто—то теперь при слове «домашка» тискает не тетрадки, а белье на себе! – торжественно подытожила Кляпа, сделав паузу, как будто ждала аплодисментов. – Ещё не зачёт, но уже уважаю!
Валя мечтательно разглядывала фотографии Павла Игоревича в его профиле ВКонтакте и, как водится у влюблённых дураков, проваливалась в каждую пиксельную ямку с головой и попой. Пальцем листала, взглядом цеплялась, фантазией подрисовывала усы, плащ и себе – кольцо на безымянном. В воображении уже шла школьная линейка, где он, Павел Игоревич, вместо речи для родителей вдруг наклонялся к ней и шептал нечто совершенно несообразное – что—то между «вы молодец» и «раздевайся». А вместо букета – протягивал ключ от своей квартиры.
– Ну что за инфантилизм, Валюша, – с рыданием и одновременно омерзительным наслаждением простонала Кляпа, – пора уже мечтать не о тетрадках, а о горячих простынях, где твой Павлуша будет ставить не пятёрки, а глубокие зачёты с пересдачей на завтрак!
Экран трепетал под её пальцем. И вдруг – тыдыщ. Прямо в лоб. В глаз. В копчик судьбы. Валя случайно лайкнула его старую фотографию. Старую. Древнюю. 2015 года. Там, где он в дурацкой футболке, с гитарой на коленях, и с таким выражением лица, будто сейчас начнёт петь про метель и твою маму. А теперь – бум! – уведомление полетело ему, и всё, весь мир знает: Валентина официально с ума сошла.
В панике она попыталась отменить лайк. Палец скользил, потел, предательски не попадал. Клавиши телефона прыгали, как крысы на пожаре. Нажала не туда – открылась следующая фотка. Потом видео. Потом семейное. Потом она вообще случайно написала комментарий: «)))». Какой? Зачем? Почему три скобки? Почему без текста? Почему она вообще родилась?!
– Всё, милая, подписалась, – выдала Кляпа с тем удовольствием, с каким пишут доносы в имперских романах. – Открыла пособие по половому воспитанию, да сразу на странице с практикой! Теперь вся школа знает, что ты лайкаешь педагогов! Хочешь – ещё и скинуть ему мем про ручку в пенале?
Валя вскочила. В глазах – туман. В ногах – вата. В голове – пожар, землетрясение и выпускной в аду. Она зашагала по комнате, как курица с дипломом по квантовой физике, но без малейшей идеи, что делать.
– Удали страницу, сожги паспорт, – предложила Кляпа. – Смени планету, – надавила она уверенно.
Валентина остановилась у зеркала и в ужасе встретилась с самой собой. Щёки пунцовые, глаза блестят, волосы растрёпаны, губы приоткрыты, дыхание – как у марафонца на финише, которому по ошибке дали виагру вместо воды.
– Ты посмотри на себя! – вскрикнула Кляпа. – Женщина—печка в режиме «гриль»! Только подложи учебник по биологии – и можно преподавать размножение на практике! Да у тебя между ног уже не бабочка, а целый лекторий!
