Средние века. Прелестная Герлин вынуждена бежать – после смерти мужа его родственники задумали избавиться от нее. Красавица может положиться только на преданного ей Флориса де Трилльона. Влюбленный рыцарь дал клятву защищать свою даму сердца, но в бою с врагами был тяжело ранен… Вскоре Герлин оказывается при дворе французского короля. Чтобы спасти жизнь, она заявляет – в жилах ее сына течет кровь Ричарда Львиное Сердце! Она не предполагает, что сам Ричард захочет выяснить, кто эта прекрасная незнакомка…
© Bastei Lübbe, 2011
© Книжный Клуб «Клуб Семейного Досуга», 2015
– Где госпожа Алиенора?
Принц вышел из коридора, ведущего к его покоям, и обратился к одной из девушек, коих было множество при дворе его матери. Ей было не больше двенадцати лет, однако во взгляде, характерном для всех воспитанниц «двора любви», уже читалось нечто среднее между детской застенчивостью и женским кокетством. Ричард спрашивал себя, упражнялись ли они в умении так смотреть перед венецианскими зеркалами, которые Алиенора Аквитанская всегда дарила своим любимицам. Этот взор вполне мог быть притворным, но Ричард ощутил на себе его воздействие, к тому же девушка имела необычайные глаза – такого чистого голубого цвета, что казалось, это летнее небо Аквитании отражается в глубоком горном озере. А ее каштановые волосы, которые струились по узким, хрупким плечам… Лицо было еще по-детски округлым, однако четко выраженные скулы и высокий лоб указывали на то, что перед Ричардом стоит будущая красавица.
– Она в розарии, сударь, – ответила девушка звонким, певучим голосом. – Я могу отвести вас к ней.
Ричард улыбнулся.
– Я не могу представить себе более красивую проводницу, – любезно ответил он и не устоял перед желанием поддразнить девчушку: – Однако, возможно, есть рыцарь, которого я сейчас задел за живое? У такой красавицы, как вы, наверняка поклонников не счесть.
Девушка покраснела и смущенно улыбнулась:
– Я еще слишком юна для поклонников, сударь…
Принц удивленно поднял брови:
– Некоторые принцессы выходили замуж и в более раннем возрасте. Однако я рад, что вы даете мне надежду. Вы ведь примете мое предложение, когда настанет время?
Девушка немного растерялась, и ее лоб разрезала поперечная морщинка. Но она сразу поняла, что эти льстивые слова были шуткой, и согласилась. Несомненно, этому ее тоже обучали при дворе.
– Само собой разумеется, мой принц, если только вы будете меня ждать.
Малышка сделала реверанс. Ричард снова улыбнулся.
– Значит, решено, – сказал он. – Однако вы должны будете подарить мне сыновей…
– Столько же, сколько звезд на небе, – абсолютно серьезно заверила его девушка, но затем подмигнула ему. – Не следует ли нам скрепить наш союз поцелуем?
Девчушка была обворожительной. Ричард наклонился и поцеловал ее в лоб.
– Как же вас зовут, моя будущая супруга? – спросил он ее, все еще улыбаясь.
– Ричард! – Алиенора Аквитанская поднималась по лестнице. – Куда ты запропастился? Я ждала тебя. Необходимо принять важные решения, а ты кокетничаешь с девушками! А эта и вообще совсем еще дитя! – Она повернулась к малышке: – Разве ты не должна быть на занятиях, Герлин из Фалькенберга? Немедленно отправляйся на урок!
Улыбка Алиеноры смягчила резкие слова. Королева любила своих воспитанниц, особенно красивых и смышленых, которые в будущем обещали стать такими же искусными политиками, как и она.
Несмотря на слова королевы, девушка сделала реверанс сначала перед своей приемной матерью, затем перед Ричардом Плантагенетом и только после этого убежала в женские покои, а именно в комнату, окна которой выходили в сад. Юная Герлин не могла наглядеться на красавца принца.
Так вот что значит быть влюбленной!
Герлин из рода Фалькенбергов внимательно рассматривала свое лицо в зеркале тихой реки, которая извивалась вокруг владений ее отца по живописной местности. Своим видом она осталась не слишком довольна. Небрежно заплетенные косы и простое льняное платье – так выглядит служанка, и госпожа Алиенора выругала бы ее за такой внешний вид. Но, с другой стороны, двор Аквитании находился достаточно далеко, и Герлин не собиралась на праздник.
Сначала Герлин заглянула в кухню, где дала повару разрешение взять окорок из кладовой, а затем наблюдала за прачками. Ключи от всех хозяйственных помещений звенели у нее на поясе – это, по мнению госпожи Алиеноры, также было ниже ее достоинства. Но английская королева на острове Олерон была не хозяйкой в доме, а скорее узницей своего супруга. И ее больше занимало не хозяйство, а стремление связать судьбы своих сыновей с большой политикой.
