Рыцарь рухнул на землю почти одновременно с противником господина Соломона – одним резким движением лекарь отсек его голову от туловища. Герлин не могла в это поверить, она не думала, что этот мягкий мужчина обладает такой силой удара и беспощадностью. Соломон победоносно повернулся к Флорису и тут же вскрикнул. Упавший рыцарь, который убил господина Адальберта, в этот момент поднялся. Он не получил серьезных повреждений, пришел в себя и теперь с мечом в руке накинулся на Флориса. Острие меча попало в место соединения ножных лат и пронзило бедро Флориса. Соломон остановил нападавшего одним умелым ударом меча. Было ясно: больше этот рыцарь уже не поднимется.
Флорис зашатался. Из обеих его ран лилась кровь.
– Лягте! – В Соломоне снова проснулся лекарь.
Герлин поспешила к Флорису, чтобы поддержать его. Она помогла ему лечь на землю. Соломон освободил его руки и ноги от лат и осмотрел раны. Похоже, ранение бедра беспокоило его больше всего, однако вскоре он вздохнул с облегчением.
– Не опасно для жизни, – успокоил он Герлин и Флориса. – Я боялся… ну, здесь проходит очень важная… но она осталась целой. Несколько дней покоя – и вы снова будете на ногах.
– Покоя? – проскрежетал Флорис сквозь сжатые зубы. – Да вы шутите! Герлин, с ребенком все хорошо?
Герлин кивнула и бросила яростный взгляд на Лютгарт, которая все еще лежала у стены.
– Она мертва? – спросил рыцарь.
Соломон быстро нащупал пульс на запястье женщины.
– Нет, – кратко ответил он.
– Что же нам теперь делать? – спросила Герлин. – Разумеется, сначала нам нужно доставить господина Флориса в его покои, но затем…
Флорис отмахнулся:
– На это нет времени! Господин Соломон, перевяжите раны, как вы это умеете, но я должен быть в состоянии держаться в седле. Мы сейчас применим против них их собственное оружие, чтобы скрыться вместе с наследником. Герлин, разденьте того маленького рыцаря, вам должно подойти его облачение, хоть господин Соломон немного и подпортил его кольчугу. А вы, Соломон, возьмите облачение крупного. Я уверен, что по ту сторону стены мы найдем их вооружение и лошадей, на которых и сможем сбежать. И господин Роланд не станет гнаться за нами, даже если увидит…
– Господин Флорис, вы не можете ехать верхом! – обеспокоено сказал лекарь.
Герлин волновало другое.
– Что сейчас вообще делает Роланд? Все еще стоит перед воротами крепости?
На самом деле это больше не имело значения. Скорее всего, господин Роланд начал брать крепость в кольцо осады.
Флорис мрачно усмехнулся. Он почти не чувствовал боли, накал сражения действовал лучше всякого обезболивающего.
– Господин Роланд ругается с господином Лораном. Тот как раз подъехал к крепости и стал настаивать на том, что его назначили наместником. Я надеюсь, что до драки не дошло. Сын Лорана стоит на выступе стены и поддерживает отца. Он, несомненно, попытается отстоять крепость, когда мы уедем.
– Столь юный рыцарь? – с сомнением произнесла Герлин, помня, что он был опоясан мечом вместе с Дитрихом.
Флорис никак не отреагировал на эти слова, а попытался выпрямиться. Он повернулся к лекарю:
– В чем дело, господин Соломон? Помогите мне! Если вы не перевяжете раны, то это придется сделать Герлин! Я не оставлю этим мерзавцам ни капли своей крови. Нам нужно бежать, лекарь, у нас не будет другой возможности!
– Вы могли бы остаться здесь… – прошептала Герлин.
Флорис покачал головой.
– Роланд сразу же отправит меня вслед за своими друзьями, если найдет здесь раненого.
Лекарь заметил с усмешкой:
– Вот, значит, как! Вы думаете, что благородный господин Орнемюнде наплюет на рыцарские правила поведения и добродетели? – Было очевидно, что сражение привело Соломона в возбуждение, он не мог удержаться от того, чтобы не упрекнуть рыцаря в его ложной оценке противника накануне. – Только не говорите, что теперь вы лишите господина Роланда всех добродетелей – сдержанности, смирения и справедливости! – Лекарь наконец начал осматривать раны Флориса. – Если бы вы поняли раньше, господин рыцарь, каков этот мерзавец, то сейчас не лежали бы здесь, и мы бы еще ночью отправили Герлин и Дитмара в безопасное место!
Герлин чувствовала себя виноватой, и ей стоило сообщить об этом Соломону, однако она слишком устала, а предстоящий побег потребует много сил.
– Прекратите спорить! – обессилено попросила она и порвала свою нижнюю юбку на полоски для перевязки ран – она все равно не пригодится, если Герлин облачится в одежду рыцаря.
Содрогаясь, она сняла с мертвеца кольчугу. Льняная рубаха под ней была пропитана кровью. Герлин не собиралась ее надевать, она замаскировала свое платье суркоттой[6]. К счастью, на ней было простое льняное платье – Герлин не хотела щеголять в шелках, недавно похоронив мужа. Она быстро надела кольчугу. Пока Соломон перевязывал раны Флориса, она раздела и другого мертвого рыцаря и приготовила его доспехи для Соломона. Юный Ханзи усердно помогал ей в этом. Он не боялся мертвецов, и, похоже, ему уже приходилось снимать оружие с трупов.
