Три взрыва прогремели один за другим, разнеся каменное укрытие, не оставив камня на камне. Ударная волна доделала остальное. Парней оглушило, Спрут и Док пытались подняться с земли, а Лис и Барс, придавленные крупным обломком, лежали без сознания…
— Жопой чую, мы не дома… — простонал Владимир Тигренко, придя в себя. Он сидел на приваренном к полу стуле со связанными руками и ногами. Над головой тускло светила лампа, остальное помещение было затемнено, а потому точные размеры и местонахождение двери мужчина определить не смог. Как только Барс повернул голову, то увидел рядом Сергея точно в такой же позе, только в отключке сидящего на стуле. Голова опущена вниз, в свете лампы можно было различить отблески медленно капающей крови с лица подчинённого.
Холодно скрипнувшая дверь впустила свет извне. Брезгливо прищурившись, мужчина отвернулся. Выход находился не так далеко, как поначалу казалось. Четверо сильных мужиков с силой зашвырнули двоих бойцов отряда Химера, и, недолго поржав над их беспомощностью, ушли.
— Ничего… Кху-Кху…дружище… — раздался стон у двери и слабый кашель. — Как только я выберусь отсюд-а… Кху-кху-кху… я тебе твою бородатую рожу-то исполосую…
— Кто там? Парни, отзовитесь! — нервно позвал Барс, дёргаясь на стуле. Он попытался разорвать верёвки на запястьях, но лишь причинил себе большую боль.
— Майор, приветствую… Это Шрам, — представился один из пленников. — Док тоже где-то рядом… был, — неуверенным тоном закончил боец.
— Хоронить меня вздумал? — раздался голос Ивана Петлицкого рядом с тем местом, где сидел Шрам. Собравшись с силами, мужчина, кряхтя и сопя, поднялся на ноги. Из темноты слышалась лишь возня. Тихие шаги с пристукиванием и волочением слышались до тех пор, пока хромающий медик не вышел на свет прикрываясь от света лампы окровавленной рукой. Ему сильно досталось: ссадины и порезы на лице и шее, разодранная в клочья форма, испачканная кровью. Уловив на себе блуждающий взгляд майора, врач лишь ухмыльнулся: — Всё не так страшно, как выглядит. Удары у них слабоваты для моего черепа. Да и собачки хиленькие, которыми меня затравливали.
Док развязал веревки и освободил Барса, а потом и Лиса, удерживая его одной рукой, чтобы тот не упал.
— Я помню, что он закрыл меня собой при взрыве, — сочувственно сказал майор, глядя на сослуживца. Барс давно догадывался об отношениях ведьмы со старшим лейтенантом по тому, как реагировал весь отряд на вопросы относительно тех двоих. Но он не спрашивал ничего ни у Элен, ни у Сергея, лишь терпеливо ждал, что оба одумаются и прекратят порочить имя и честь команды. Ведь в уставе ясно сказано: никаких отношений на службе быть не может.
Лис медленно приходил в себя. Последнее, что он помнил, — как накрывает собой командира, чтобы защитить от взрыва, а в голове единственная мысль об Элен.
— Давай, друг, приходи в себя. Только не дёргайся, тебе сильно досталось, — приговаривал Док, осматривая раны Сергея Лисицына.
— Где она? Где Ли? — тут же спросил Лис. Он волновался за будущую жену не меньше, чем за весь отряд. Но задавал вопросы таким тоном, словно на остальных было наплевать.
— Тебя это волнует? — огрызнулся командир. Он не выдержал. Немыслимо для него было признавать, что подчиненные нарушили прямой приказ, более того, своим поведением подставляли всю команду под удар. Барс твёрдо считал, если возникнет прямая угроза для отряда в следующий раз, Лис незамедлительно бросит своих товарищей, помчавшись спасать ведьму. Он вбил себе эту мысль в голову и не желал с ней расставаться.
— Командир, давайте не сейчас, — решил вмешаться Шрам. Он знал характер Владимира как свои пять пальцев и не желал видеть грызню в отряде. Хотя… как раз это могло пойти на пользу и помочь выбраться отсюда. Подмигнув Доку, который пялился на него недоумевая, Евгений Протасов продолжил: — Мы все знали, что Гаргулья и Лис трахаются как кролики. И знаете, что? Это их дело, личное. Они занимались этим не на работе, а в свободное от работы время. Сколько раз Лис спасал отряд, невзирая на то, что любит Элен? Много. И вашу жопу, майор, — язвительно прошипел Шрам, указав пальцем на Барса, — он тоже спас недавно. Или вы намекаете, что если уж Лис такой любвеобильный, то он и вас имел во все пихательные?
— Шрам, надеюсь, ты сейчас понял, что сказал, — прорычал майор, подавшись вперёд. У него ужасно чесались кулаки, не терпелось проучить сослуживца, чтобы впредь он думал, что говорить старшему по званию.
— Да я думаю, что это даже понял тот дебил, который нашу клетку охраняет! — крикнул во весь голос Шрам, повернувшись к двери. — Слышал?! Наш командир — пид@@ас!
Барс не стал терпеть такого унижения и со всего размаху врезал лейтенанту Протасову по лицу. Тот пошатнулся, но не упал. Завязалась драка. Лис, несмотря на своё состояние, хотел вмешаться, попытаться разнять товарищей, но Док резким жестом остановил его и кивком показал, что стоит направиться к двери. Сергей тут же понял намёк. Рано или поздно эти двое начнут раздражать охранника, и он непременно сюда войдёт…
