– Мистер Гивенс подождет там. Мы можем закрыть дверь.
Войдя внутрь, она заломила руки.
Откинув капюшон толстовки, я увидела короткие темные волосы, а ее серые глаза метались по комнате, рассматривая картины и постеры. Вместо того чтобы распрямиться, ее плечи были опущены под слишком большой толстовкой. Помимо толстовки, молодая леди была одета в длинные леггинсы и походные ботинки. Я не могла не думать о том, как жарко должно было быть сегодня.
– Могу я что-нибудь предложить? Кофе или воды? – спросила я.
Молодая леди покачала головой.
Бросив сумочку в ящик стола, я подошла к тому месту, где она стояла, и села на стул напротив стола. Я улыбнулась.
– Пожалуйста, присаживайся. Прошу прощения, если нас уже представили друг другу.
Ее большие, похожие на блюдца глаза смотрели на меня, пока она садилась.
– О, нет. Нас не представили. Я просто знаю, кто вы, я имею в виду, что все знают, кто вы. Я ждала вас здесь.
– Давай начнем с имен. Меня зовут Арания.
Темные круги под ее глазами были более заметны при резком освещении.
– О, вау, ваше имя. Действительно красивое. – Она сделала паузу. – Мишель. Меня зовут Мишель.
Неловкость растаяла вместе с ее именем.
– Мишель, о чем ты хотела со мной поговорить?
Влага наполнила ее глаза, повисла на ресницах.
– Он сказал мне сделать это. Теперь я не знаю.
Я нахмурилась.
– Мишель, кто сказал тебе что-то делать? – Ее подбородок опустился на грудь. – Тебе не нужно делать ничего такого, что доставляет тебе дискомфорт.
Она пожала тонким плечом под тяжелой материей.
– Он дал мне десять долларов. – Она смущенно посмотрела на свои колени. – Я уже потратила их.
Я выпрямилась, когда попыталась понять, что говорит Мишель.
– Во-первых, кто дал тебе деньги?
– Все зовут его Руди.
– Где Руди?
– Он где-то рядом. Знаете, как будто он появляется в разных местах.
– Руди живет в институте? – спросила я.
У нас были комнаты как для мужчин, так и для женщин. Мужские апартаменты находились неподалеку от основного здания.
Мишель покачала головой.
– Нет, Руди не такой, как мы. Он... он знает много людей. Когда я сказала ему, что у меня здесь есть кровать, он очень заинтересовался.
Что-то в ее поведении заставило меня нервничать.
– Что Руди хотел, чтобы ты сделала? Почему он тебе заплатил?
Она сунула руку в передний карман толстовки и вытащила грязный, сложенный пополам конверт. Она положила его на стол и провела тыльной стороной ладони по бумаге. Подняла его.
– Вот.
Вздохнув, я взяла конверт из ее рук и перевернула его.
– Здесь нет имени.
– Он сказал оно для вас.
– Он назвал моё имя?
– Вроде того, – уклончиво ответила Мишель. – Он сказал, жене босса.
Я была владелицей, визионером и разработчиком Института Спарроу. Друг Мишель говорил не об институте. Он говорил о большем. Он говорил о Чикаго.
– Мишель, это для меня или для моего мужа?
Ее нижняя губа задрожала.
– Миссис Спарроу. Я не знаю, что это такое. Я чуть было не принесла его вам. Он дал мне его некоторое время назад. Все дело в деньгах. Я потратила их. Он сказал, что мне лучше довести дело до конца. Он сказал, что если я не... – Она покачала головой, прежде чем наклониться к конверту, который теперь лежал на столе. – Я надеюсь, что это не так уж плохо. Вы действительно хорошая.
Выдавив улыбку, я снова потянулась за конвертом.
– Ты всего лишь курьер, Мишель. Как ты думаешь, ты могла бы дать мне или мистеру Гивенсу больше информации о Руди?
Ее лицо побледнело.
– Нет, мэм. Никто не говорит о нем слишком много.
– Почему?
– Знаете...просто не говорят и всё.
– Где ты видела его в последний раз?
Она пожала плечами.
– Как я уже сказала, он появляется то тут, то там.
Вдохнув, я кивнула.
– Ладно. Спасибо тебе за то, что передала сообщение.
Мишель встала, отодвинув стул по кафельному полу.
– Мне придется съехать?
– Нет. Ты можешь оставаться здесь столько, сколько нужно, и до тех пор, пока ты соответствуешь требованиям.
Мишель кивнула и потянулась к дверной ручке.
– Я, пожалуй, пойду.
– Приходи поговорить со мной в любое время.
Кончики ее губ приподнялись.
– Спасибо, что были милой.
Как только Мишель скрылась за дверью, я подняла конверт и поднесла его к свету. Из-за пятен и грязи снаружи я не могла сказать, что было внутри. Все, что я могла оценить, это то, что содержимое было не совсем гладким, как будто то, что внутри, могло двигаться.
Подойдя к своему столу, я открыла ящик и достала телефон. Еще один взгляд на конверт, и я отправила сообщение Стерлингу.
«Я В ИНСТИТУТЕ. ХОТЕЛА БЫ ПОГОВОРИТЬ, И У МЕНЯ ЕСТЬ ВОПРОС, КОГДА У ТЕБЯ БУДЕТ СВОБОДНАЯ МИНУТКА.»
Он ответил.
«НА СОБРАНИИ. К ТВОЕМУ СВЕДЕНИЮ, ОТВЕТ – ДА. Я ЗАСТАВЛЮ ТЕБЯ ВЫКРИКИВАТЬ НЕПРИСТОЙНОСТИ ВСЮ НОЧЬ НАПРОЛЕТ.»
Тепло наполнило мои щеки.
«Я ПРИБЕРЕГАЛА НЕПРИСТОЙНОСТИ ДЛЯ ТЕБЯ. ВОПРОС БЫЛ НЕ В ЭТОМ. НИКАКОЙ СПЕШКИ. ПОЗВОНИ, КОГДА СМОЖЕШЬ.»
Я снова перевернула конверт, любопытство взяло верх надо мной, но открылась дверь.
Глава 4
– Миссис Спарроу, – сказал Гаррет, входя в кабинет, – если вы все еще хотите поехать на озеро, я поговорил с мистером Келли. У нас будет подкрепление.
Я откинулась на спинку стула.
– Это когда-нибудь перестанет быть чрезмерным?
