Рис уставился в землю, пожав плечами. Тор читал в его глазах страх и сомнение, осознавая, что Рис нервничает. Он вспомнил тот день, когда впервые заговорил с Гвен, понимая, что чувствует его друг. Он никогда не видел, чтобы Рис чего-нибудь боялся, но, глядя на него сейчас, спрашивал себя, сможет ли тот набраться храбрости, чтобы приблизиться к ней утром.
Тор очень хорошо его понимал. Он и сам едва был способен разговаривать. Он не смог набраться храбрости, чтобы сделать предложение Гвен. В каком-то смысле он осознавал, что смелость, необходимая для того, чтобы ринуться в битву, не шла ни в какое сравнение с храбростью, требуемой для того, чтобы встретиться с отказом девушки, которую ты любишь.
Появилось больше деревенских жителей, передавая по второму кругу по палке с гоко – красным жевательным веществом на конце длинных палок, которые Тор и другие члены Легиона держали над огнем. Они шипели, когда их держали над пламенем, сначала становясь яркими, а затем быстро сгорая. Тор подул на свою субстанцию, прежде чем съесть ее. Она была сладкой и приятной на вкус. Они помогли этим сельским жителям, и те в свою очередь отплатили им сполна. Он был сыт после того плотного ужина, который они подавали ранее.
Когда группа людей погрузилась в тишину, Тор облокотился и посмотрел на ночное небо, на такие далекие сверкающие красные и желтые звезды. Его мысли вернулись к Гвендолин. Он подумал об их последней прогулке к Дому Ученых, обо всех тех книгах. Тор наблюдал за далекими звездами, снова подумав о своей матери, о той карте, о Стране Друидов. Он спрашивал себя, сможет ли добраться туда, почему между ними и матерью должно лежать море, почему он никогда не встречал ее. Он снова подумал о своей судьбе.
Тор почувствовал, что в кончиках его пальцев кроется тайна, просто она непостижима его мыслям. Его мысли метались, пока он пытался добраться до самой сути, задумавшись о своей матери, об отце, о своем воспитании и о Друидах. Но это был долгий день, слишком долгий, и его разум был истощен. И, хотя Тор пытался бороться с усталостью, прохладный осенний ветер убаюкал его. Он даже не заметил, как его глаза закрылись сами по себе.
Тор медленно шел по улицам своего родного городка, который теперь был безлюдным. Двери каждого дома – а все они пустовали – были открыты. В них гулял ветер, посылая тучи пыли и огромное перекати-поле, которое летело прямо на Тора. Он поднял руки к глазам и надавил. Тор не знал, что здесь делает, но чувствовал, что должен быть здесь по какой-то причине, что ему нужно что-то увидеть.
Он свернул за угол своего родного квартала, где вдалеке увидел свой дом, который быстро приближался. Он вошел в приоткрытую дверь.
Все здесь было таким же, как в день, когда он ушел. Но теперь дом был пустым. Его отец исчез, и Тор почувствовал, что это произошло давно.
Тор вышел через заднюю дверь, направляясь в сарай, где он обычно спал. Он удивился, увидев, что в дверном проеме стоит какая-то женщина. На ней было ниспадающее голубое платье, в руках она держала длинный замысловатый желтый жезл. От ее лица исходил голубоватый свет, такой сильный, что Тор не мог рассмотреть ее черты. Он чувствовал, что эта женщина важна в его жизни. Возможно даже, посмел надеяться Тор, это его мать.
«Торгрин, сын мой», – произнесла она таким нежным, таким мягким голосом. – «Я жду тебя. Пришло твое время возвращаться домой. Пришло твое время узнать, кто ты».
Тор сделал шаг ей навстречу, побуждаемый любопытством увидеть ее лицо, узнать больше. Ее энергия манила его, как магнит, но чем ближе он подходил, тем сильнее становился свет. Тор поднял руки и осознал, что не может подойти еще ближе.
«Мама?» – спросил он. – «Это ты?»
«Возвращайся домой, Торгрин», – попросила она. – «Возвращайся сейчас домой».
Она сделала шаг вперед и взяла его за плечи. Тор ощутил сильную энергию, проходящую через него, почувствовал, как его собственное тело излучает свет. Он все еще не мог видеть ее лица. Протянув руку, Тор прикрыл глаза от света, который, казалось, мог прожечь его насквозь.
Тор сел, тяжело дыша, оглядываясь по сторонам. Он удивился, осознав, что ему приснился сон. Ощущения были настолько реальными.
Тор лежал вместе с другими членами Легиона на земле перед угасающим костром, где он уснул. Другие молодые люди все еще спали. Обернувшись, он увидел, что над горизонтом загорается рассвет, первое солнце наполняет небо желтым и фиолетовым светом.
Поднявшись, Тор вытер пот со лба, думая о своем сне. Он был таким ярким. Его сердце все еще бешено колотилось. Он на самом деле почувствовал, что только что встретился со своей матерью. Тор все еще прокручивал в голове ее слова. Это было нечто вроде послания. Даже больше, чем послание – они казались приказом.
Тор ощутил настоятельную потребность, почувствовал, что в родном городке его ждет какое-то важное сообщение. Какой-то большой секрет был готов ему открыться. Секрет о том, кто он такой. Или кем была его мать.
