Прямо перед ней находилось место, где она когда-то проводила долгие часы. Маленький, огороженный с трех сторон садик у самого леса. Лечебницу отсюда даже не видно. Деревянная скамейка все еще стоит, во всяком случае — бо́льшая ее часть. Конечно, и на этом куске земли пациенты никогда не оставались в полном одиночестве, однако здесь можно было подумать, покурить и притвориться, что ты вовсе не в психушке. Растения, за которыми раньше ухаживал садовник, теперь разрослись, потеряли форму и подпирали торчащие из земли каменные кресты, не выдерживавшие подобного напора. Чайные свечи давно отгорели и заросли грязью, скрывшись под колючими стеблями сорняков и сгнившими мягкими игрушками, которые приносили на могилки умерших детей. Сиденья скамеек зияли дырами; спинки обросли зеленым мхом, въевшимся в сырое дерево.
Дженни протерла ребром ладони латунную табличку на спинке лавочки, счистив грязь, и перед ее глазами открылась надпись:
Она села, и лавка заскрипела ржавыми гвоздями. Самое время вспомнить
Грубая ладонь зажала ей рот. Дженни сдернули со скамейки и поволокли в лес, а она отчаянно брыкалась и цеплялась за землю носками ботинок.
Эми уставилась на обертки от шоколадных батончиков и заерзала на стуле. Боже, как стыдно… В висках стучала кровь.
— Эми, вы мне не доверяете?
— Что?
— Вероятно, вы знаете секреты красоты лучше меня — больше мне ничего в голову не приходит.
— Нет, конечно нет, просто я…
— Просто что?
— Не могла удержаться. Съела первый и… и все. Не сумела остановиться. Меня даже затошнило, но я продолжала есть — думала, еще немного, и полегчает…
— Да вы просто ненасытны… — Доктор грустно вздохнула.
Эми опустила глаза под стол. Ее ноги в домашних шлепанцах выбивали нервную дробь.
— Когда ем, мне становится лучше. Еда… успокаивает.
— Эми, что вас успокаивает? Дно пустого пакета? — Доктор Кавендиш фыркнула. — Как же вы умудрились протащить сюда такую кучу сладостей? Ведь при вас и чемодана-то не было. А в сумочку столько явно не поместится…
Эми вспомнилось озорное возбужденное лицо Гейнор, когда та появилась на пороге ее спальни. В клинике шесть женщин, а она выбрала именно Эми для своей преступной забавы. Что ж, хоть раз ее кому-то предпочли…
— Пронесла в карманах кардигана, и в сумочке было еще несколько штук, — потупившись, пробормотала она.
— Шоколадки были только у вас? — после тягостной паузы спросила доктор и пристально глянула ей в глаза.
— Да-да, только у меня.
— Точно? — наклонившись над столом, осведомилась доктор.
Эми сглотнула ком в горле и, стремительно краснея, подняла взгляд. Багровела она всегда, если ее в чем-то обвиняли — неважно, по делу или нет.
— Да, шоколадки мои.
Доктор прищурилась, с тяжелым вздохом кивнула и прошла за свой стол.
— Есть женщины, которые многое отдадут, лишь бы оказаться на вашем месте, Эми. Не буду говорить, сколько заявок я получила на эту смену, а в финал в итоге вышли вы… Еще не поздно — кто-то из отсеявшихся претенденток вполне может занять ваше место.
Эми представила себе разочарованные лица матери и отчима. Подумать только, дочь выкинули из клиники после первой же недели! Столько денег потратили, которых уже не вернешь, а во имя чего? Особенно угнетало, что придется смотреть в глаза коллегам с фабрики. Она станет посмешищем на долгие месяцы.
— Мне не хотелось бы искать вам замену. Я ведь действительно желаю помочь, Эми, от вас просто требуется сотрудничать.
Эми горячо кивнула. Неужели ей дадут второй шанс?
— Я… обязательно! Простите, я…
Доктор Кавендиш приложила пальчик к губам.
— Доказывайте делом, а не словом, милая.
Эми уселась на свое место, мечтая, чтобы гора оберток на столе — свидетельство ее позора — волшебным образом исчезла.
— Вы очень похожи на одну женщину, которая когда-то здесь лечилась.
— Правда?
— У нее были все предпосылки изменить свою жизнь, — вздохнула доктор, — а потом она поддалась пагубной страсти. По глупости наелась до отвала и не успела опомниться, как вылетела из программы.
Эми беспокойно зашевелилась на стуле.
— Неужели вы хотите покинуть нас, ничего не добившись?
Ждала ли доктор ответа? Эми открыла было рот, однако заговорить не успела.
— Разумеется, не хотите. Обещаю вам помочь и знаю, как это сделать. Я рассматриваю вас как свою… протеже.
— Меня?
— Эми, прислушивайтесь к моим советам, и через полгода вы станете такой же, как я. И одежду будете носить такого же размера.
