Дорвиг не думал, что можно впасть в ещё большее уныние, но именно это с ним и произошло.
— Их жалкая кучка в этом лесу, старина, — заторопился Рольд — увидел, наверное, гримасу, которую Дорвиг теперь был не способен спрятать. — Не больше четырёх-пяти десятков. Ведь припасы у них когда-нибудь кончатся, они выйдут — тут мы их и добьём.
— Чтобы добить пару отрядов, не нужно столько народу, сколько нас здесь, — не располагающим к обсуждениям тоном сказал Дорвиг.
Он всегда говорил так с молодёжью, да ещё и ниже его по чину, по месту за столом Двура Двуров на пирах в Чертоге… Пусть знают своё место.
Однако Рольд осмелился возразить. Должно быть, слепой и израненный старик-воевода, укрытый медвежьей шкурой, уже не вызывал у него прежнего трепета.
— Но с ними три колдуна, Дорвиг… Все они остались в живых, мои ребята их видели. И сам Толмэ со своими лучниками. Не знаю, стоит ли…
— Я не спрашиваю, а приказываю, сотник, — негромко напомнил Дорвиг. — Уже твой отец бился под моим началом. Споров быть не должно.
Повисло молчание. Дико было не видеть Рольда, слушая его обиженное сопение: Дорвиг знал, что выражения лиц в такие моменты подсказывают очень многое. Потом сотник спросил:
— То есть ты требуешь разделить армию?
— Само собой. Пусть сотни три останется на Ра'илг: этого хватит за глаза, чтобы удерживать лес и пробежаться по деревням в окрестностях.
— Уже сделано, — с гордостью доложил Рольд. — Вся равнина наша — от Широкой до Зелёной. А отряды Мальха вчера двинулись на юго-запад, к Дьерну и Эблиру… Знаешь, дорелийские города недалеко от Большого озера и речки Синей.
— Я знаю, где Дьерн и Эблир, — проворчал Дорвиг, пытаясь улечься поудобнее и не так давить на перевязанный бок: кажется, он ранен глубже, чем подумал сначала. Час от часу не легче… — Но знаю также, что не было приказа идти туда.
— Ну… Вообще-то был. Он поступил от…
Дорвиг не вытерпел.
— Старик Заэру раскидал воинов и убийц по всему королевству — а Мальх ломится в самое сердце Дорелии даже без разведки, не зная толком здешних земель?! — он снова пожалел, что под рукой нет Фортугаста. — Их вырежут всех до единого из какой-нибудь засады, вот и всё! А если на пути попадутся Отражения? А если замок рыцаря, напичканный бойцами?… Одна удачная битва настолько вскружила вам головы, что мозги стали ненужны?! Кто отдал без меня этот идиотский приказ?…
— Её величество, — тихо сказал Рольд. — Двура Двур.
Какое-то время Дорвиг даже ответить не мог — просто хватал ртом воздух, как пойманная треска. Да что же творит эта ведьма? Она в самом деле нисколько не дорожит своими людьми, ни одним из них?!
Это настолько взбесило Дорвига, что он не сразу сумел признать: да, так и есть. Хелт наплевать, даже если погибнут все воины Альсунга. Завоёванный Ти'арг обеспечил её запасами живой силы — и только. А союз с кочевниками Шайальдэ, о котором он мельком слышал, и поддержка Кезорре, на которую Хелт наверняка надеется, только укрепят её положение. Вовсе не процветание и слава королевства важны ей, а какие-то свои цели, ради которых и забурлил весь этот котёл размером с Обетованное. Ради которых Дорвиг потерял зрение.
Колдовские цели, тёмные и страшные — как её душа.
— Гонца прислала? — спросил Дорвиг. Кусочки целого медленно складывались в его голове, точно части новомодных миншийских головоломок. Никогда он не умел собирать их.
— Да, сразу же после битвы. Повелела заняться югом и западом Дорелии, пока другая армия продвигается к столице, — в голосе Рольда звучал восторг щенка, упоённого хозяйским величием. — Обещала даже сама чуть позже прибыть к стенам Энтора — когда путь будет расчищен — и лично руководить осадой! Представляешь?…
«Заняться югом и западом», «путь будет расчищен»… Да что понимает в войне эта ведьма, ни разу кухонного ножа в руках не державшая? Она думает, что всё это делается легко и быстро?!
А может, и ещё как державшая, — шепнуло внутри Дорвига что-то давнее, потаённо-сокрытое. Он запретил себе всякие подозрения, когда погиб Форгвин, подавил их после смертей Хордаго и Конгвара… Точнее, уверился, что Хелт просто приносит несчастья и неугодна богам — собственно, как любая колдунья и любая чересчур красивая женщина. Однако дело, возможно, было не только в этом… Он вспомнил невозмутимое лицо Хелт в павшем Хаэдране, потом — её льдистые глаза, оглядывавшие разорённую Академию. Видимо, в нежные белые пальчики впиталось куда больше крови, чем он думал все эти годы.
— Другая армия? Чья? — быстро уточнил он. Рольд глубокомысленно помычал.
— Не помню. Помню, что она в основном из наших людей, новобранцев, и из воинов южного Ти'арга… Ах да, и ещё — там часть рыцарей Академии, тех, что добровольно присягнули Двуре.
— Осада уже началась?
— Кажется, нет, но границу прорвали, ещё когда мы бились на Ра'илг. Разве её величество тебя не предупреждала?… — Рольд, очевидно, не лукавил и был в самом деле сбит с толку. — Я думал, ты всегда всё знаешь о её планах…
— Раньше знал, — мрачно вздохнул Дорвиг. — Да только те времена миновали… Как и многие другие времена.
