...На всё про всё у него ушло не более четверти часа. Теперь предстояло проделать тот же трюк со своими подопечными, и тогда они с Лесорубом останутся вдвоём.
"Свалю всё на карла, благо, разговоров по Двум Пням гуляло хоть отбавляй: о двух убитых в "Лисе и Ягнёнке" къяльсо, о внезапном исчезновении феа, молодого сиурта и его друга. Погоди-ка, -- шикнуло в его голове, -- не так скоро. Хорошо бы и Лаппу-потаскушку прибрать. Отправлю деваху ребяткам Лесорубовым вдогонку, будет им с кем в Нижнем мире покувыркаться. Такие, как она, больно на язычок слабоваты -- будь у меня выбор, ни за что б не доверился".
Всего-то ничего оставалось Вейзо, чтобы скрыться за поворотом, как вдруг он услышал звуки крадущихся шагов. Боковым зрением уловил скользившее движение у себя за спиной, развернулся и с лёгкостью, отработанной годами, схватил нападавшего за запястье занесённой для удара руки. Тут же перехватив и вторую руку, опрокинулся назад, увлекая его за собой. Уперев обе ноги в живот, Ктырь сильным толчком перекинул грабителя через себя. Перелетев через Вейзо, тот ударился о стену и сполз по ней ногами кверху, головой вниз. Лицо его исказила гримаса ужаса, он не пытался подняться или кричать, лишь вскинул ладони, прикрываясь ими. Ноги его по-прежнему были задраны вверх и опирались о стену.
Ктырь вскочил -- в каждой руке он держал по мётке. Два неуловимых движения -- два броска, и ноги разбойника оказались надёжно пришпилены к брёвнам через ткань штанин.
-- Я не хотел делать ничего такого, -- тихо верещал парнишка, понимая, что шуметь ему не следует, -- хотел заработать несколько монет.
-- Это понятно.
-- Я ничего не видел, -- парнишка нервно облизнул губы.
-- А вот это ты зря сказал, -- спокойно заметил Ктырь. Он медленно подошел к поверженному противнику, склонился над ним и, отведя руку за спину, достал третий, более длинный нож с хищным иззубренным клинком.
-- Я никому не скажу. Отпустите меня!
-- Конечно, не скажешь.
Закричал петух. Вейзо напряжённо замер. "Как неумолимо летит время, когда-то и я был таким же молодым и глупым".
-- Пора мне, дружок, не серчай, -- мысленно выругав себя за малодушие, Ктырь привычным движением вонзил клинок жертве под рёбра...
...Скорченные трупы, распластавшиеся в заполнившей всё пространство комнаты луже крови, нашла жена трактирщика Фюта. На неудачливого парнишку-грабителя случайно наткнулся кузнец -- Гиар Барси. Но прежде, чем явился прибывший ещё ранее из Узуна благородный сиорий Тримо Игрис с охраной, заголосили в "Лисе и Ягнёнке", где обнаружились ещё три тела: двоих заезжих брилнов весьма сомнительного вида и местного лекаря градда Масалла. А уже после, ближе к вечеру, ударились в слёзы и местные жрицы любви, наткнувшиеся на придушенную у себя в каморке товарку.
Жуткий, давящий, выворачивающий внутренности ужас повис над Двумя Пнями...
Глава 11. Паук
Н.Д. Начало осени. 1164 год от рождения пророка Аравы
Сови-Тава
Халога сидел на камне в нескольких шагах от тропы и, щурясь на Лайс, наблюдал, как мимо него бредут уставшие пленницы. Стоял на редкость чудный денёк. Отряд шёл на запад, где далеко впереди, в просветах меж деревьев, виднелись изрезанные ущельями горы.
"Осклизлый перевал? -- терялась в догадках Сурра. -- Зачем мы туда идём? Есть же более короткий и безопасный путь по Лощине Двух Старцев!"
Осклизлый перевал караулили призраки, по крайней мере, так утверждала молва, и Сурра в душе надеялась, что оно и на самом деле так. Призраков она не боялась, а вот "бесстрашные" верэнги все как один дрожали при одном упоминании о бестелесных созданиях.
Сурра окинула вершины гор взглядом: "Значит, Осклизлый перевал. Хорошо... А что это там движется? Или почудилось? Так и есть, показалось".
Времени на побег оставалось всё меньше и меньше, так что Сурра давно уже зорко поглядывала по сторонам, рассматривая деревья и камни, внимательно наблюдая за происходившим: прислушиваясь к словам похитителей, приглядываясь к каждому движению, изучая повадки воинов, узнавая их слабые стороны.
