— Как скажете, — Ляма поморщился и спрятал за спину руку с мечом. Дириа Вардо уже не смотрел на него, а потому не узрел в поведении ученика ничего странного.
— Левиор!
— Да, мастер.
— Вставай против Чарэса, посмотрю на вас.
Левиор вышел на позицию. Они скрестили мечи.
— Так, хорошо! Следим за дыханием. Работаем! Левиор, жёстче удар. Чарэс, живее двигайся, что ты, как варёный, — Вардо осёкся.
И без того изуродованное ожогом лицо Лямы скривилось, мальчишка стиснул губы, изо всех сил удерживая прорывавшийся на волю крик. Он встал в позицию и поднял было руку, но пальцы разжались, и он выронил меч. Вардо подскочил к нему и рывком сдёрнул перчатку. Державшийся до последнего Ляма не выдержал боли и вскрикнул. Пальцы правой руки посинели, — они опухли и, скорее всего, были сломаны, кровь сочилась из-под сорванных ногтей…
Мастер Вардо внимательно осмотрел перебитые пальцы Лямы и велел ему немедленно отправляться к местному цейлеру — Заггу Зоя.
На счастье ли нет, но к Заггу Зоя они так и не попали, мало того, что лекаря не было в его обычном месте, так он ещё умудрился несколько раз ускользнуть у них из-под носа, растворившись в коридорах замка. Напрасно они справлялись у слуг о его местонахождении, заглядывали в комнаты, где он имел обыкновение находиться в это время, всё было тщетно — Загг Зоя сегодня был практически неуловим.
— Левиор, может, ты сам меня подлечишь? Тебя же этому учат, — скривился Ляма, изо всех сил дуя на посиневшую руку, — всех и делов-то пару пальцев на место приладить. Мне уже почти не больно.
— Так я тебе и поверил. Не больно ему, мне-то не рассказывай. Дай посмотрю.
Они опустились на скамейку возле фонтана — львиная голова изливалась в глубокую чашу того же камня нескончаемым водным потоком.
— Ну так что?
— Один, боюсь, не потяну.
— А с Ильвеей и Бларком? Вы же Зеркала, — спросил Чарэс, будто действительно имел представление о совокупной силе и способностях зеркально-соеденённых экриал.
— Возможно, но их здесь нет. — Левиор почувствовал подвох в словах друга, только когда нежные ручки подкравшейся сзади девчушки прикрыли его глаза. — Ильвея? — обречённо выдохнул он, понимая, что отвертеться теперь не удастся.
— Здравствуйте, мальчики, — вместо ответа приветствовала их конопатая девчонка, — кого ждёте?
— Вас, — поморщился Чарэс.
— Левиор, почему тебя не было на уроке малифицистики? Сиита Корлинта была недовольна, — пожурил его Бларк — широкоплечий крепыш с чёрными в мелкий завиток волосами. — Она сказала, если тебя не будет на гоетии…
— Мы Загга Зоя искали…
— А что это у вас случилось? — спросила Ильвея.
— Покажи, — потребовал Левиор.
Чарэс недовольно поморщился, но руку показал.
— Тэннар Милосердный! Где это ты так? — Ильвея покачала головой. — А чего, Левичка, попробуй сам. Мы поможем. Да, Бларк?
— Это может быть интересно, — согласился крепыш, — я бы рискнул.
— Ильвея, может, ты, боюсь, у меня не получится, а?
— Ну уж нет. Это, как я понимаю, твоя работа? — она кивнула на опухшую ладонь Лямы. — Опять небось палками с двух рук махались, как оголтелые? Вот, будь теперь любезен исправить. Это же не магическая рана, а обычная, плёвое дело такую вылечить.
— Хорошо, — зыркнул на неё пристыженный Левиор. Он не счёл нужным объяснять, что не виновен, и, скинув куртку, принялся закатывать рукава рубахи. — Руку.
— Давай, ваяй, живодёрня! — своеобразно подбодрил его Чарэс. — Не боись, всё получится.
— Ты не дёргайся и ладонью не шевели, — предупредила девчушка.
Чарэс глубоко задышал, решил, верно, что это должно его успокоить. Полуприкрыл глаза, расслабился и принялся подглядывать за происходившим сквозь ресницы. Бларк и Ильвея сосредоточенно застыли. Левиор закрыл глаза, напрягся, нащупывая Уиновую нитку, кончики его пальцев слабо засветились. Разведя руки в стороны, он зашептал слова заклятия, простенького, но весьма действенного в подобных случаях.
Чарэс наблюдал за таинством отстранённо, едва не забывая дышать.
Левиор продолжал шептать, одновременно разводя руки в стороны. Он открыл глаза и теперь, заканчивая очередную фразу, попеременно касался пальцами опухшей ладони друга.
Чарэс ощущал одновременно жар и холод, рука занемела от плеча до кончиков пальцев. Левиор же, коснувшись опухоли, снова разводил руки и начинал шептать новое заклинание.
Ильвея и Бларк молча наблюдали за движением его полупрозрачных окутанных изумрудной дымкой пальцев, складывавшихся в причудливые знаки и рисовавших в воздухе загадочные магические символы.
— Готово, — выдохнул, наконец, Левиор, и было не очень понятно, спрашивает он или утверждает.
— Всего-то и делов, Чарэсик. А ты, трусишка, боялся, — хихикнула Ильвея, сжимая и разжимая побагровевшие от напряжения кулачки.
— И, правда, получилось, — скептик Бларк, похоже, был искренне удивлён.
Ляма недоверчиво сдвинул брови и осторожно пошевелил пальцами, покрутил ладонью перед глазами.
— Ну вы даёте! — он вскочил на скамью и, воздев пятерню в небо, принялся разглядывать её в сверкающих лучах Лайса. — Вы прям… прям настоящие экриал. Спасибо.
