К ночи лагерь зажил обычной походной жизнью — костры, лёгкие разговоры, смены на дежурствах. Бойцы были уставшие, некоторые раненые, но живые. И каждый был по-своему доволен.
Я поглядывал на артефакт, который вытащил из логова. Он лежал на самом верху ящика — плита, исписанная полустёртыми рунами, едва заметно мерцала в охватившей её темноте.
Магистр и передовой ударный отряд оставались на нижнем уровне логова на день дольше, чем все остальные. За это время мы успели отдохнуть и восстановить силы. Вниз двинулись практически сразу, без передышки для родовых бойцов и магов.
Напоследок Агния запустила вниз пламя ещё раз — только уже не волной, а столпами.
Многие предвкушали спуск, так как, по идее, он должен был занять меньше времени. Вот только даже после зачистки логова движение по узким тропам и каменистым уступам среди осыпающихся скал требовало осторожности. Более того, трофеи и артефакты, добытые в логове, дополнительной скорости тоже не придавали.
В итоге отряд шёл медленно, сохранялось напряжение — ведь все помнили, что мы в Зоне. И совсем недавно сражались с засадами целых стай монстров. Но спуск не прекращался, даже несмотря на то, что на четвёртый день пошёл дождь. Почти невидимая морось въедалась в одежду. Вода размыла тропы и дороги, по которым тяжело было вести даже зачарованных лошадей.
Один из воинов по соседству поскользнулся на камне и повредил лодыжку — пришлось останавливаться на привал.
— Зато вниз, а не вверх, — буркнул Рома, устраиваясь поудобнее под магическим навесом. — Вверх было хуже.
По пути всё ещё попадались живые твари — мелкие хищники, разные виды охотников и падальщиков. Их не трогали, если они не приближались. А после выброса магии от Агнии эти твари приближаться не спешили.
Шли организованно и вскоре степь уже замаячила на краю горизонта. Мы вышли с гор к холмам. Воздух стал суше, а запах Гряды остался позади. Впереди были холмы, густая трава, низкие кустарники и Зона. Но самое главное — дорога к Чернореченску.
— Нет, ну десятка Магистров в одном Роду у нас быть не может, — проговорил Ермак.
В степи он практически присоединился к нам, рассказывая истории и кое-какие подробности из рейда.
— Я же не говорю, что здесь, в Чернореченске, — оживлённо ответил ему Рома. — Ты в целом представь, сколько же дел они наворотить могут.
— Это ты ещё Архимагов не видел.
Рома на мгновение задумался.
— В Выкречи, говорят, князь — Архимаг.
— Ну, как сказать, — дёрнул уголками губ Ермак. — Может, на бумаге, конечно, и архимаг, но с другими в его ранге потягаться не сможет. Да и Магистры, думаю, числом его контролировать могут.
— А как же он тогда власть держит?
— Не знаю, я к нему в голову не залезал.
Такой ответ ненадолго озадачил Рому.
— Ты лучше скажи, что там внизу-то было, — тут же присоединился к разговору Аскольд.
Ермак обновил барьер от дождя, хлещущего уже которые сутки.
— Вожак был. Что же ещё.
— Живой, что ли?
— Не уверен, можно ли называть пульсирующий сгусток мяса живым. Оплавленный панцирь, горящие безумием глаза… Всё, как частенько бывает у монстров.
— Что-то долго вы со сгустком мяса возились.
В голосе Аскольда прозвучали подозрительные нотки.
Ермак лишь улыбнулся и пожал плечами. Значит, информация была только для ограниченного круга лиц.
Дорога к Чернореченску оказалась достаточно спокойной. Несколько коротких стычек с монстрами, одно дежурство в качестве передового отряда, несколько караулов и вечный, да преследующий нас дождь.
Из-за него я едва заметил показавшиеся вдали башни города. Чернореченск встречал нас хмурым небом и непогодой.
Последний участок пути до города преодолели споро. Двигаться по обжитым землям уже было намного легче, даже несмотря на ливень. Здесь уже чувствовался запах не шерсти, гнили и мха, а травы, скота и древесины. Мы уже преодолели один деревянный мост со знаками и указателями, а также несколько хуторов.
Тракт стал твёрже и надёжнее, появились редкие обозы, телеги с товарами и вооружённые всадники. Изредка нам попадались деревни с черепичными крышами. На этот раз никаких ритуалов или обрядов не происходило, да и большинство деревенских не высовывали носа из дому — явно из-за непогоды.
В прошлый-то раз, когда мы только въезжали в Чернореченск, мы застали обряд памяти в Пути Предков. Тогда в одном из курганов хоронили воина. Мне об этом рассказал чуть больше ермак, который проследовал к своему отряду только тогда, когда мы приблизились к Чернореченску. Не знаю уж пытался ли он наладить деловые отношения или и вправду интересовался отрядом, но источником информации он был отменным.
Даже когда очертания города стали приобретать детали, мы не спешили. Подъём на горную гряду, спуск, постоянные битвы и езда в седле — всё это накладывало печать усталости на бойцов. Наш рейд, пыльный, грязный, уставший, въехал в город как-то обыденно.
Маги даже внутри стен поддерживали купол, защищающий от дождя. К тому же, по большому счёту, мы и не намокли — один из плюсов бытовой магии.
Аскольд ехал рядом, и я заметил, как он наконец ослабил хватку на мече, как только мы въехали в город.
