Трактир «Хмельной вепрь» располагался дальше от стен и ближе к центру крепости. Этот район был почище, тут и там мелькали дома с крашеными железными крышами и каменными цокольными этажами. Не было здесь такой суеты. У домов тут и там были небольшие, огражденные забором, грядки с сезонными овощами.
Из широкой дубовой двери на улицу вывалился какой-то мужик в распахнутой рубахе и, деловито мне кивнув, направился по улице вдоль домов. Похоже, что даже днём местные патроны были не против накидаться.
Я толкнул дверь и вошел в тускло освещенный зал. В нос ударил аромат жареного мяса и хмеля, а тело тут же обдало волной тепла. Зал внутри оказался довольно простецким — крепкие деревянные скамьи со столами, обшарпанные и изрезанные от долгого использования; тяжелая стойка, за которой протирает кружку густобровый, чернобородый трактирщик; полки с глиняными кувшинами, бутылками и посудой.
Внутри, как я и думал, было немноголюдно. Даже треть столов не была занята, так что я занял место напротив от входа, сев к нему лицом. Чувство слежки ослабло, но не исчезло полностью. Я положил ножны с саблей на стул рядом, чтобы было сподручнее.
Ко мне тут же подскочила рыжая, веснушчатая девчонка с чуть вздернутым носом и полной, перетянутой корсетом грудью. Меня обдало приятным травянистым запахом.
— Чего желаете? — выпалила рыжая, очаровательно улыбнувшись.
— Давай чего-нибудь с мясом, — произнес я. — И принеси пива.
— Хорошо, сейчас всё будет, — сказала девчонка и бодро развернулась, отчего подол ее платья вскинулся и на миг обнажил ее стройные бедра.
Живот заурчал. Но я и так чувствовал голод. Не только оттого, что мне дико нравился запах рыжей служанки, но и от вкусного аромата домашней еды в трактире. Я краем глаза заметил, как дверь в трактир отворилась.
Внутрь, пригибась под дверным косяком, протиснулся двухметровый амбал с округлым пузом. Его лысая башка блестела от приглушенного света, а сощуренные глазки высматривали что-то в зале, бегая по столам.
На поясе у него висела сабля с позолоченной рукоятью. А от него самого веяло скрытой силой. Этот амбал явно был не слабее Серёги, даже несмотря на разницу в атлетичности. Наконец, он заметил меня, сидящего в углу зала, довольно ухмыльнулся и вразвалочку зашагал ко мне. Он смаковал каждый миг, а от его шагов дребезжали кружки на столах.
Живот вновь жалобно заурчал, а губы пересохли.
Огромная фигура заслонила свет, отбросив на стол широкую тень. Я опустил пальцы на холодную рукоять сабли.
Здоровяк стоял посреди трактира, заслоняя собой свет, и с прищуром смотрел на меня. Его жирные пальцы нежно поглаживали позолоченную рукоять сабли. Я же не спешил говорить, а пока лишь присматривался к его движениям, позе и манерам. И с каждым ударом сердца я становился все печальнее. И злее.
Да, похоже, что его уровень был где-то около двух звезд, но он не вел себя как натренированный воин. Хаос, да я мог прямо сейчас рассечь его выпирающее из-под жилетки пузо, просто выхватив саблю из ножен!
В этот момент к столу подскочила рыжая и поставила на стол тарелку с пышащими жаром пирогами и большую кружку пива. В животе жалобно заурчало.
— Чем обязан? — произнес я спокойно.
Амбал усмехнулся, обнажая ряд желтых зубов, а затем заговорил глухим, утробным голосом.
— Ты что ль с Вагабом и Петром ходил?
Я едва удержался, чтобы не рассмеяться. Как оперативно работает здешнее преступное отребье! Похоже, что товарищи двух отравителей-неудачников весьма удивились, когда те не вернулись из экспедиции. Более того, когда увидели, что их изначальные цели из Рода Володиных живы-здоровы.
— Ты кто такой? — вопросом на вопрос ответил я, невозмутимо отхлёбывая из кружки.
Пиво тут, кстати, весьма так себе. Дрянь, честно говоря, пивко… Нет уж, пить эту гадость я не собираюсь. Поставлю от греха назад, на стол…
Здоровяк слегка растерялся. Видимо, кто бы ни был его источником информации, всех подробностей обо мне этот человек не выдал, и эта туша всерьез рассчитывала взять своё нахрапом. Он, похоже, не привык, что его жертвы могут вот так открыто ни в грош его не ставить. И ладно б на моем месте был кто-то постарше, поопытнее или хотя бы банально сильнее — но вот глядящий на него, как на внезапно научившуюся говорить кучу собачьих экскрементов, малолетний Неофит явно был для него в диковинку.
— Ты че, спросить с меня решил? — собрался, наконец, с мыслями амбал, делая ещё один шаг вперед и задевая боком стол. Отчего пиво из кружки выплеснулось через край прямо на дерево столешницы. — Ты не обурел ли, щенок? Я знаю, что ты сделал с ними, и ты…
Сейчас я уже мог не просто посечь его, а перерезать горло. Впрочем, делать это в трактире не стоило — едва ли стража города обрадуется подобному происшествию, а неприятностей с местными властями мне хотелось в последнюю очередь. Пока, во всяком случае…
Я отодвинулся назад, к стене.
— Ты должен мне выпивку, — холодно перебил я эту гору самоуверенного сала.
— Ты чё, совсем берега попутал, сопля⁈ — побагровел он от ярости. — Или мозги от страха отшибло⁈ Какая выпивка, да я сейчас!..
