Было некое стойкое ощущение ошибки, словно что-то не совсем так, как должно бы, но думаю скоро Алиот обо всем расскажет Лесату и Грейси, а уж они точно просветят меня. Все валились с ног от усталости, и я сам мечтал лишь о том, чтобы прилечь. Только опасность утраты контроля удерживала меня от столь опрометчивого шага. Независимо от наших желаний, нам с Терми предстоит бодрствовать еще долго, после чего мы вновь будем спать по очереди.
А потом в руках у Терми оказалась фляга, в руках у храмовника — колода «битвы магов» и пилигрим послал все мои планы к черту.
То же самое сделала Фил, только тихо — девушка просто где-то запропастилась. Наверное, снова ушла в свой мир.
Я же, немного разозлившись, решил тоже послать всё куда подальше и просто пошёл спать.
Путь через кристальные земли высосал из меня все силы. Даже закрывая глаза я видел метавшихся пауков, бехов, древесных уродов и умирающего мужика, которому ходячий цветок отрывал голову.
Остаётся только надеяться, что истощение будет сильнее происков проклятой стихии, и я не обнаружу себя поутру грызущим чью-то ногу.
С этими мыслями я обнял покрепче легендарный посох и почти сразу же отключился.
Метавшиеся в ту ночь тени были слишком реалистичны, чтобы быть снами.
Бесконечные тоннели сменялись лесами и обратно, и где-то в отдалении мерцали странные образы непонятно чего. Будто бы пультом от моих снов овладели алкаши, в жестокой драке пытающиеся решить, какой сон мне смотреть сегодня.
А затем, я увидел Ласку, и мельтешение тут же остановилось.
Было бы очень странно менять канал, когда видишь нечто столь совершенное.
Достаточно было только почуять её поблизости, и всё вокруг стало четким. Сны определились с тем, что я хочу видеть или наоборот, я не знаю. Я перестал о чем-либо думать и что-либо воспринимать. Я просто летел вперед к своей цели.
Передо мной рос пылающий лабиринт. Возникая на моих глазах из ничего, из пыли и марева, он восставал уже как древнее сооружение со следами разрушений от времени. Вход в лабиринт был слегка подсвечен ало-янтарным пламенем.
Вода сама собой сформировалась вокруг меня в нужные заклинания. Ни единой лишней мысли, помимо мысли о цели. Стихия просто стала продолжением моего тела, души и разума. Вода не даст мне сгореть в огне, восстановит все полученные в лабиринте ранения и приведет куда нужно.
Вода разлилась, прикрывая, оберегая и указывая путь. Оставалось только бежать, вовремя сворачивая вслед за течением. Немногочисленные препятствия растворялись в памяти, равно как и слабые, не стоящие внимания враги. Огонь слишком уязвим к моей стихии.
Ласка, почему же этот лабиринт так огромен! Это начинает бесить. Каждый шаг начинал бесить. Присутствие пустотницы ощущалось так близко, что я даже точно мог бы указать где, но перед лицом за каждым поворотом каждый раз встречались лишь стены.
Вода в моей магии начала приобретать мутные оттенки, а туман вокруг резко сгустился и потяжелел. Каждый поворот начинал казаться личным врагом. Сколько еще мне терпеть это издевательство?
Конечно, каменные стены не могли быть разрушены этим заклятием, но ярость, контроль и стихия Пустоты сделали свое дело. Вокруг левой руки, направленной в стену заклубилась грязная вода с ошметками песка и каменного крошева, а затем сразу несколько стен предо мной украсились вырванным куском конструкции в центре.
Я зло ухмыльнулся и прыгнул в образовавшуюся дыру, на ходу готовя еще один такой же комплект чувств и заклятий. Однако лабиринт вокруг вдруг стал терять плотность, словно являлся всего лишь иллюзией. Хотя, я ведь во сне, так что почему бы и нет? Кстати, если я во сне, то почему я вообще участвую в этом всем? Почему я просто не могу пожелать оказаться…
— Стоп. На этом хватит. — послышался спокойный женский голос, который не мог принадлежать Ласке.
Тишина заволокла собой все вокруг, затекла в рот, уши, окутала ноги и даже само дыхание стало бесшумным. Лишь биение испуганного сердца оставалось, чтобы напомнить о том, как хрупка жизнь.
Но это так глупо. Я не могу не думать о Ней. Даже страх смерти не меняет моего нового, рождавшегося в разуме, кредо:
Нет слишком большой цены и нет слишком ценной крови.
Ты или побеждаешь, или нет. Так бы сказал Мархи.
— Ты и вправду тот, кто следует за Пустотой. — продолжил незнакомый голос.
Я оглянулся вокруг, но ничего, кроме клубов пыли и моего собственного тумана, смешанного с зависшими в воздухе клочьями грязной воды.
— Покажись! — раздался мой крик.
— Не атакуй, пустой дух. Я не причиню тебе вреда. У нас уже есть один общий цвет. Я подарю тебе еще один, как жест доброй воли.
Я перекинул посох в другую руку, но убирать не спешил. И как я должен показывать мирные намерения? Да и зачем, собственно? Всё это отнимает драгоценное время. Я чувствую рядом Ласку!
— Какого хрена тебе нужно?
— Здесь больше никого нет, пустой дух. Желающий быть обманутым да будет обманут.
