– Да как вы смеете указывать мне, как поступать в вопросах, которые касаются моих – моих, слышите! – моих детей! – перешел рыцарь на крик, жестикулируя, будто прогонял пятнадцатилетнюю судомойку обратно на кухню, откуда она сбежала по какой-то придури, не сделав работу.
«Глупец! Дети приходят через нас, но не от нас, и не обязаны ни быть с нами, ни походить на нас».
– Кто дал тебе право повышать на меня голос? – спокойно спросила женщина, оборачиваясь. – Не тебе, безродному христианину, оспаривать мои решения.
– Я рыцарь, а ты мелкая потаску…
– Замолчи, – гвоздем шепнула женщина, и – о, Праматерь! – мужчина неожиданно для себя заткнулся и посмотрел в пол.
– Я происхожу от двух королевских кровей. Я дочь династии Сирин и Вторая среди жриц. Я жена твоего господина и твоя госпожа, наконец. И если я говорю, что ты безроден, – так и есть.
Мужчина сообразил, что стоит посреди коридора, когда Шиады уже и след простыл. Кажется, он не на шутку перегнул палку. Или ему приснилось?
Женское начало, властолюбие или гордыня, но что-то со временем привело Шиаду к тому, что она стала помогать Бераду. Не акцентируя внимания мужа на собственных действиях и не скрываясь нарочно. Однако в итоге об этой перемене узнал весь замок.
Началось, как бывает, с малого: помимо привычных забот, жрица взяла на себя часть мелких дел. Однажды застала у дверей мужнего кабинета человека, рьяно умолявшего стражника пустить к герцогу. Несколько секунд Шиаде казалось, что она слышит разговор глухих:
– Но у меня важное дело к его светлости!
– Милорд не велел его беспокоить. Ни по какому поводу.
– Но у меня важное дело к его светлости!
– Милорд не велел его беспокоить. Ни по какому поводу.
– Но у меня важное дело к его светлости!
– Милорд не велел его беспоко…
– Что здесь происходит? – тихо спросила женщина, заставив мужчин вздрогнуть. Не от голоса или тона – от того, что Шиада возникла перед ними будто из ниоткуда.
«Великая!» – пронеслось в голове жрицы в ответ на удивление мужчин. Они что думали, что госпожа ходит неслышно, потому что у нее пятки толстые? Да она семь лет билась, чтобы наработать ауру сокрытия присутствия!
– Гос-спожа, – заикаясь, отозвался стражник, опомнившись первым.
– Что за вопрос? – спросила жрица, приближаясь. Просящий поклонился. Было видно, как он замялся, судорожно размышляя, как бы избежать грядущей неловкости.
– Видите ли, госпожа… У меня есть вопрос, который касается моего сына, я хотел обсудить его с герцогом.
– Тебе, кажется, доходчиво объяснили, что герцог занят. Приходи завтра, – отвернулась она.
– Но мое дело очень важное!
Шиада скрыла вздох, обернувшись к мужчинам.
– Хорошо, – отозвалась доброжелательно. – Раз важное, обсуди со мной.
Просящий замялся пуще прежнего, едва ли не расшаркиваясь.
– Поймите верно, ваша светлость, – сказал с улыбкой, – я отношусь к вам с глубоким почтением, но мой вопрос касается военных дел, а такое, согласитесь, лучше обсуждать с теми, кто знает, о чем речь.
Шиада окинула рыцаря взглядом. Сразу видно, не дипломат. Привык мечом махать, так и молчал бы.
– До того, как получить титул Второй среди жриц, я служила в храме Шиады, Кровавой Госпожи Войны, и смыслю в войне больше обычных женщин, так что говори, – разрешила жрица.
Мужчины переглянулись – вот тебе выпад. «Ну и что делать?» – глазами спрашивал стражника ожидавший аудиенции рыцарь. «Сам думай, мне все равно. Мое дело на посту стоять», – как бы отвечала безразличная мина охранника.
Заметив колебания, жрица улыбнулась:
– Ну, стало быть, не так уж это и важно и не особо к спеху. Я предупрежу мужа, что есть к нему проситель, но его дело терпит, так что он может им заняться после того, как разберется с остальными. Месяца через два или три, – протянула женщина, отворачиваясь.
Мужчина громко выдохнул и раздраженно оттараторил:
– Во время осады мой сын спас молодому Кэю жизнь, рискуя своей, и не был вознагражден за преданность. Теперь мой сын собрался жениться, а его светлость отправляет его руководить одним из оборонительных отрядов на границе.
И куда делась его учтивость?
– Беречь жизнь лорда обязанность любого вассала. Герцог сам едва не отправился на тот свет, защищая короля. А раз твоему сыну поручено возглавить отряд, то, полагаю, он заметно продвинулся по службе.
Боги, это ведь очевидная истина.
– По… положим так, но как быть со свадьбой?! Мы планировали поженить детей осенью, но его светлость увел войска, заставив нас отложить венчание. Теперь эта несвоевременная отправка на границу. Девчонку выдадут замуж за другого, а я приложил немало сил, чтобы породниться с ее отцом. И, черт возьми, мне нужно ее приданое!
Шиада махнула рукой.
– Когда свадьба?
– Через три недели, а отбытия лорд требует уже на этой.
– Значит, играйте свадьбу через два дня, а через неделю, так и быть, чтобы сына твоего здесь не было.
Рыцарь нахмурился:
– Госпожа, спасибо, конечно, но, возможно, все-таки мы поступим, как планировали? А это назначение сын выполнил бы через месяц или полтора. Ну чтобы девица наверняка понесла.
– Дареному коню в зубы не смотрят.
