Гном указал на пустые цистерну и кружки. Он полез за пояс. Раскатавший губу бармен, еще не совсем потерявший надежду получить деньги, зачарованно смотрел на доставаемый на стол топор. Гномы, имевшие, видимо, некий иммунитет к болотникам, не сразу заметили Фолка. Но не прошло и нескольких бочонков, как мутноглазые гномы представились. Старикана звали Хренбери, видимо, в честь какой то ягоды. Дури показался Фолку законченным маньяком. Самое лестное, что о нем можно было сказать, что он был неистовым. Баран же был ему полной противоположностью, да и вдобавок туп как дерево. Въёрд был трусоват, но по всеобщему признанию был мастером как закалки, так и других разновидностей пыток. Больше всего ему нравилось заниматься резьбой. Ски-Дольф производил впечатление слабоумного и во всем слушался Тори. Он также знал много анекдотов. Гранит, Гимлет и Тор любили драться, а с кем им было совершенно неважно. Блин, уроженец Туманных Нор, мест, не нанесенных ни на одной карте, также любил помахать топором. Но больше всего он интересовался историей и археологией - Блин зарабатывал как грабитель могил. Земляк Блина Стронг слыл знатоком орочьих повадок. Дорийцы Глюкин и Глюкин давно покинули свои родные земли (или горы) и с тех пор страдали частичной амнезией и раздвоением личности. Пересиливая себя, Фолк сообщил, что ему было ну очень приятно познакомиться. Еще гномы упоминали о ком-то по кличке Табуретка. Несмотря на маленький рост, он был, судя по всему, выдающейся личностью. Табуретка слыл настолько кровожадным и жестоким, что ему даже не давали в руки топор. Маленький гном сражался, используя столовые приборы. Сейчас он валялся под столом.
Итак, их было тринадцать, если считать Глюкина и Глюкина за двоих, а Табуретку за одного. Хитрый Тори начал вербовку. Сам с собой посовещавшись он решил применить свой коронный тонкий подход:
- А не пойти ли нам изгонять зло из шахт Дории? - поинтересовался он.
- Конечно не пойти, - как всегда согласился Ски-Дольф.
- Да! мы есть поход! Убивать! Калечить! - исходил пеной Дури.
- Если поразмыслить..., - начал было рассудительный Хренбери.
- Да! Нет! - орали Глюкин и Глюкин. Между ними завязалась борьба. Размахнувшись как следует, Глюкин нанес жестокий удар мордой Глюкина по столу.
- Куда вы, туда и я! - не унимался Табуретка, размахивая вилками и ложками. Никогда еще Фолк не видел такой игры клинков.
- Ну, Фолк, сын Хама, твой голос решающий, - сказал Тори. - Пойдем ли мы в Дорию, чтобы покрыть себя неувядающей славой, изгнать зло и завладеть сокровищами подземного мира?
- Да, - всхлипнул Фолк. Он так любил все эти сокровища...
Когда гномы расползлись по номерам в пивной остались только Фолк, Тори и Табуретка. Последний, все время повторявший "куда вы, туда и я", сморкался в расшитый золотом платок, поглаживал митриловые заклепки и заявлял, что гол как сокол. Тори, боявшийся потерять столь ценного бойца - ведь он мог найти работу и остаться в Аминасе, решил приютить беднягу. Фолк, знавший ядологию, отправился к управляющему наниматься в качестве повара. У последнего не было никакого выбора - Фолк забыл снять свой лук.
На следующее утро, вытрясший от управляющего аванс богги набивал себе нахаляву брюхо и откармливал друзей. В дальнем углу бара сидели двое незнакомцев и заговорщицки перешептывались. Один из них был русобородый панк обвешанный цепями, а другой - высохший старик. Русобородый, брызжа пеной и роняя ее на пол, где она тут же превращалась в пенопласт говорил:
- Воля? Любая воля, пусть даже ведущая мужчин на смерть, на достойные дела - права!
- Но Ольмерус, эта воля убивала стариков, женщин и детей, - делая ударение на стариках проговорил старик-собеседник.
- Необходимые жертвы. Ты же не жалеешь прихлопнутого таракана, о мудрый Телефакст? Ты уж должен знать ответ хоть на этот вопрос. Хотя бы как величайший хронист Нижней Средней Земли.
- Ну, - протянул Старый Хронист, поглаживая тараканоподобные усы. Он был явно не в восторге от подобного сравнения. - Сорхед пытался покончить с самым ценным, что у нас есть - с эльфами. Что бы мы делали без перворожденных...
Телефакст с любовью вспомнил о громадных эльфовских кредитах. Так искусны были эльфийские мастера-фальшивомонетчики, что никто в Аминасе не мог заподозрить неладное, когда Телефакст расплачивался их фальшивыми чеками.
- А эльфы никогда не были близки нам по сути. Только бросали нам крохи своих знаний.
Идиллию прервала местная жандармерия. Двое вошедших носили форменные бело-голубые плащи и шапки с бубенцами. Заметив конспирантов, они подошли к столу и обратили на себя внимание посредством превращения мебели в щепки.
- Это ваша лошадь стоит на улице? Та серая, в яблоках? В ответ один из полицейских получил по голове от прятавшегося под лавкой молодчика в зеленом. Ольмерус жестоко надвинул шапку на глаза второму жандарму.