— Видишь, дурашка? — широко улыбнулась Юмико. — Все мы с тобой до конца, и это не просто так. Я была первой, кто повстречал тебя на этом пути, первой, кто увидел в тебе потенциал, потому сразу влюбилась. Без тебя я была лишь маленьким человеком, мечтающим о сладкой жизни и мести за родных, но я не была готова сражаться. Я стала твоей путеводной звездой и спутником жизни, а ты моим клинком. Именно поэтому мы сейчас стоим здесь, именно поэтому я ношу в животе твоего ребенка. Я люблю тебя, Ашидо, и буду любить до последней капли крови, потому нам нельзя сегодня умирать, ведь впереди еще столько всего непрожитого, столько всего неувиденного и непрочувствованного, что и жизни не хватит, чтобы все это впитать. Мы выбрали то будущее, за которое стоит побороться, и я уверена, что за нашим подвигом последует золотой век, а нашим детям будет чем гордиться — так давай же вместе пройдем по этой тропе! Ради всех нас! Ради Гармонии!
— Юмико, ты правда готова поставить под угрозу жизнь нашего ребенка? — засомневался я. — Я не хочу подвергать…
— Я уже все решила, Ашидо, — оборвала она, пронзив меня твердым и непоколебимым взглядом. — У этого ребенка не будет будущего, если я сейчас уйду. Беременность должна не забирать у меня мечту, а создавать стимул идти дальше. Коли ты веришь в меня, прими мое решение.
— Вижу, тебя уже не переубедить, — усмехнулся я, утерев слезы. — Вы правы, ребята, мы должны сражаться, чтобы создать будущее, в которое верим. Уверен, остальные сказали бы тоже самое, потому у меня более нет причин сомневаться. Ради всех живых, кто верит в меня, я сражусь с нашим врагом. Юмико, Хорнет, Амелия, Войд, Ринна, Эмили, Нао, Мива, Шин, Мисато, Наташа, Николас, Торин, Итачи, Илия, Кирей, Каспер, Джозеф, Солен, Луна, Дэниел! Я тоже верю в вас! Леонхардт, Кагеяма, Каори, Артур, Хомура, Эмбер, Лаффи и многие другие! Ваши жертвы не будут забыты! Хандзо, Стивен, Камиль, Сальвадор, Калипсо, Котай! Я сражусь за то, чтобы Гармония никогда более не породила подобных вам! Аой, я сражусь за то, чтобы таким, как ты, не пришлось жить в клетке! Ради всех отцов и матерей, ради всех детей города, я приму на себя удар черной стороны этого прекрасного мира! А с тобой, Эдвард, я сражусь ради себя!
— Наступают! — послышался крик капитана Кастелланоса.
— Время пришло, — сказав это, я поднял в воздух «Нами», дав начало этому судьбоносному сражению. — Вперед «Спектр»! За Гармонию!
— За Гармонию! — в унисон воскликнули остальные.
В то же время, орден «Спектр»:
Смелость — это качество, данное исключительным людям, способным столкнуться с любыми сложностями, даже если не могут с ними совладать. Сострадание — способность сочувствовать другим людям, словно себе самому. Благодетель — это человек, сердце которого исполнено любовью к другим, человек, который заботится о других, не требуя ничего взамен. Страх — это наша защитная реакция в моменты сомнений, делающая нас живыми. Любовь — это нечто, стоящее за гранью, необъяснимое чувство, которое можно лишь испытать, но не объяснить. Свобода — это возможность выбора.
Люди похожи на механизмы, внутри которых живут и таятся одни и те же шестеренки, но все они работают по-разному. У кого-то есть склонность к насилию, другие же бояться раздавить ногой муравья. Кто-то желает всех земных богатств, а кто-то готов жить в бедности. И я все задаюсь вопросом, что же делает нас людьми? Почему одних мы называем людьми с большой буквы, а других клеветаем бесчеловечными, если при рождении все мы одинаковы и один лишь сосуд отличается?
Проживая свою жизнь, человек сталкивается со многими трудностями, делающими его сильнее, и, наоборот, припеваючи удовлетворяет свои прихоти, считая, что ему дозволено все. Что есть добро и что есть зло? Кого мы можем назвать добрыми, а кого злыми? Кого умными, а кого глупыми?
У всех нас есть одна дорога со множеством развилок, и в основе этого пути лежит выбор. Судьба создана для того, чтобы оправдать правильность или неправильность того или иного выбора, и многим становится легче от того, что они во всем винят ее.
Благодаря Ашидо я задумался, чем же являюсь на самом деле. Чего бы я хотел от своей жизни, будь у меня выбор? С самого рождения за меня все решали другие, никто не объяснял мне разницу между тем или этим, пока этот вопрос не стал мучительным. Сейчас я чувствую себя пустым, словно кукла, которой все время дают указания, которой из раза в раз командуют, и такая жизнь мне не нравится.
— Каспер, хватит спать, — послышался голос в тишине. — Самое время просыпаться и уносить ноги, пока еще не слишком поздно.
— Ах, это ты, Морфи, — полусонным голосом проговорил я, протирая заспанные глаза.
— Давай же, отрывайся от кровати и беги, пока они не нашли тебя, — продолжал настойчиво приговаривать Морфей.
— От чего бежать? — опешил я.
— Хватит задавать глупые вопросы, — слегка разозлилась кукла. — Делай то, что я тебе говорю, а иначе нам обоим придется несладко.
— Что происходит? — подумал я. — Что-то случилось.
