Сяо Вон заметно расслабился и вернул пистолет в кобуру. Потом прошел к двери, запер ее и выключил весь свет.
Комната погрузилась в темноту. Двое мужчин больше не видели друг друга – слышалось лишь тяжелое дыхание и стук сердца. Подлинных мотивов друг друга они не знали, и доверия между ними больше не было.
Сяо Вон нащупал свой стул и снова присел напротив Фан Му. Прошло, казалось, несколько минут, прежде чем тот прервал молчание.
– Как давно?
– Все время.
– Значит, когда Дин Сучен начал работать под прикрытием, ты уже сотрудничал с Льян Сихаем?
– Да. – Под покровом темноты Сяо Вон не стал таить правду. – Он думал, что очень хитер, но я сразу его раскусил; я даже догадался, как он поддерживал связь с Син Чжисеном.
– Как тебе это удалось? – Голос Фан Му был ровным, полностью лишенным эмоций.
– Потому что я сам работал под прикрытием! – Сяо Вон чуть ли не кричал. – Вот почему всегда буду ненавидеть Син Чжисена.
Даже в темноте Фан Му чувствовал гнев, полыхающий в глазах Сяо Вона. Казалось, ненависть сочится у него изо рта и ползет по комнате, словно гигантская кровожадная змея, готовая задушить любого у себя на пути.
– Ты и сам не веришь, что Син Чжисен был хорошим человеком, – добавил Сяо Вон горько. – Он был готов на что угодно, лишь бы добиться своего. Мог пожертвовать любым – даже своим товарищем. – Полицейский тяжело дышал. – Вспомни Чжен Линя и его ребят!
– Чжен Линь, Юн Хай и Маленький Чжан погибли не из-за Старого Сина. Они погибли, чтобы спасти тех девочек! – Фан Му заговорил громче, и горечи в его словах было не меньше, чем у Сяо Вона.
– Не хочешь обжечься – не играй с огнем, – хмыкнул Сяо Вон. – Им просто не надо было лезть на комбинат.
Его слова ударили Фан Му словно кнутом. Свистопляска в голове тут же прекратилась, все тело напряглось.
– Кто-то нашел мою бутылку, так ведь?
– Ага. В то утро один из уборщиков из пещеры мне позвонил. – Сяо Вон усмехнулся. – Я знал, что это мог быть только ты.
– И тогда ты позвонил Льян Сихаю, чтобы тот прислал людей нас убить? – Фан Му до сих пор отказывался верить в предательство.
– Не тебя. Только девчонок.
Фан Му почувствовал, как Сяо Вон смотрит на него сквозь темноту.
– Я не хотел, чтобы ты погиб. Иначе зачем бы я спас тебя в банях Байцинь?
– Ты… – Фан Му поднял брови. – Это ты повредил решетки и распугал тех людей?
– Да, – коротко подтвердил Сяо Вон.
– Но откуда ты узнал, что я там? – спросил Фан Му.
– Очень просто – по твоему мобильнику. Я тогда следил за каждым твоим шагом. – Голос Сяо Вона зазвучал чуть ли не ласково. – Фан Му, я же говорил, у тебя редкий талант. Я был бы счастлив работать с тобой, мы добились бы больших высот. Но этот же самый талант заставляет тебя вечно играть в героя. Вся ваша праведность, законопослушность – это же просто ложь, с помощью которой вас толкают на смерть! Тут, в реальном мире, мы живем в очень прагматичном обществе. Давай, присоединяйся к нам – ты поймешь, что правила игры совсем не такие, как ты себе представлял… – Сяо Вон вздохнул. – Хотя, согласен ты или нет, у тебя все равно не остается выбора. Да его и не было никогда. Если хочешь жить и наслаждаться жизнью, просто уважай правила. В противном случае…
– В противном случае ты меня убьешь? – выплюнул Фан Му.
– Это приведет к большому количеству проблем. Мы можем сделать так, что ты просто исчезнешь. Навсегда. – Сяо Вон заговорил совсем тихо. – Например, растворим тебя в кипящей стали, а потом бросим чушку в океан…
Фан Му молча смотрел на размытый силуэт человека, медленно проступавший перед ним по мере того, как глаза приспосабливались к темноте.
– Это так вы избавились от женщины, которую Ю Инбо убил в отеле «Бэй-Сити»?
Сяо Вон прищелкнул языком.
– А ты сообразительный! Да, решение радикальное – уничтожается даже ДНК.
– Кто она такая? – спросил Фан Му.
– Поверь мне, ты не захочешь знать. – Сяо Вон поднялся. – Что сделано, то сделано. И, боюсь, мы больше не сможем быть друзьями. Хорошие, плохие, все они мертвы. Смирись с этим. Без доказательств ты ничего не сделаешь. А их у тебя нет. Возвращайся назад в департамент и служи честно. Но не забывай – я буду работать с тобой бок о бок и контролировать каждое твое движение. Если еще хоть раз доставишь нам проблемы, я убью тебя своими руками.
С этими словами Сяо Вон распахнул дверь и вышел.
Фан Му остался в темноте, окутанный непроницаемым безмолвием и мраком. Он сидел, не шевелясь, осязая этот мрак, примеряя его на себя, прячась за ним.
Проигрыш. Поражение.
Ему было все равно, что Льян Жехао до сих пор мог сидеть на полу в туалете через коридор от него. Единственным желанием Фан Му было раствориться в черноте – хоть ненадолго. А лучше навсегда.
Осталось ли вообще что-нибудь в этом мире, кроме тьмы?
Дверь открылась.
На Фан Му пролился электрический свет и, словно лезвие меча, прорезал окутавший его черный кокон.
Молодой человек повернулся к двери. В дверном проеме стояла девушка с длинными волосами, и ее тонкий силуэт ясно вырисовывался, освещенный лампами из коридора.
