Первым шагом предтестового собеседования являлось создание атмосферы доверия, профессионализма и объективности. Похоже, с этим Син Чжисен и Хан Веймин справились без труда.
– Стандартная процедура подразумевает, что я сообщаю вам об основных принципах проверки, – любезно уведомил испытуемого эксперт. – Хотите, чтобы я объяснил на словах или устроил практическую демонстрацию?
– Не тратьте зря время. – Сигарета в пальцах Син Чжисена догорела до фильтра, но он не хотел ее выпускать. – Я достаточно долго прослужил в полиции, чтобы знать о психологических и физиологических показателях, объективности теста и о том, что результаты неподвластны осознанному искажению со стороны испытуемого. Мне все это известно.
– Ну ладно. – Хан Веймин поднял крышку ноутбука. – Тогда поговорим о вашем деле.
Предтестовое собеседование задавало формат всей последующей процедуры. В каком-то смысле оно было даже важнее самого теста. Испытуемый должен был находиться в определенном состоянии сознания, чтобы проявлять необходимые реакции, и в ходе собеседования эксперту предстояло его в это состояние ввести.
Для начала Син Чжисен подробно рассказал об обстоятельствах инцидента. Хан Веймин внимательно слушал, лишь изредка перебивая его вопросами и замечаниями. Одновременно он быстро печатал что-то на ноутбуке.
Фан Му знал, что сейчас Хан Веймин уточняет вопросы и свои представления о деле. Далее эксперт обсудил вопросы, которые собирался задать в ходе испытания. Особое внимание он уделил тем, которые назывались контрольными. Фан Му заметил, что в основном Хан Веймин сосредоточился на убитой женщине и подробностях стрельбы. И снова Син Чжисен ни на дюйм не отошел от своей предыдущей версии событий.
Закончив с вопросами теста, Хан Веймин передал ноутбук Син Чжисену и попросил прочитать их с экрана. На этом предтестовое собеседование завершилось.
– Хорошо, – сказал Хан Веймин, поднимаясь со стула. – Значит, завтра?
– Завтра, – спокойно подтвердил Син Чжисен.
Уже собираясь выйти, Хан Веймин вдруг что-то вспомнил. Он вытащил из кармана пачку сигарет.
– Отдыхайте, это важно для теста, – сказал он, передавая пачку Син Чжисену.
Тот взял ее, поблагодарил эксперта молчаливым кивком, и Хан Веймин вышел из кабинета.
Фан Му, наоборот, уходить не спешил. Наклонившись к Син Чжисену через стол, он спросил тихонько:
– Комиссар Син, я могу вам чем-нибудь помочь?
Син Чжисен поднял взгляд на камеру, таращившуюся на них с потолка, словно безмолвный глаз, запечатлевающий все до последней детали, и молча усмехнулся.
– Купи мне бургер. Самый большой, какой сможешь найти.
Фан Му легко догнал Хан Веймина, неспешно шествовавшего по коридору, и осторожно спросил:
– Вы не считаете… вы уверены, что комиссар Син действительно готов к проверке на полиграфе в его нынешнем состоянии?
– С ним все в порядке. – Хан Веймин, казалось, полностью погрузился в свои мысли. – Син Чжисен куда крепче, чем вам может показаться, – добавил он, не глядя на Фан Му.
Когда Фан Му и Хан Веймин вернулись в кабинет, Сяо Вон разговаривал с пожилой женщиной. Оба – он и женщина – встали со стульев, и Фан Му сразу же ее узнал. Это была жена Син Чжисена, Ян Минь. Она работала старшей медсестрой в педиатрическом отделении городского госпиталя.
Он поспешил к ней:
– Госпожа Ян!
– Маленький Фан, можно мне его увидеть? – Ян Минь заметно похудела и, кажется, постарела от тревоги.
Фан Му не знал что сказать. Взволнованный, он обернулся к Хан Веймину и Сяо Вону.
Хан Веймин не колебался:
– Я не возражаю.
Сяо Вон привстал:
– Мне сначала надо запросить разрешение.
Он вышел из кабинета и вернулся несколько минут спустя, явно разочарованный.
– Начальство придерживается мнения, – сказал он, запинаясь, – что к комиссару Сину никого нельзя пускать, чтобы перед тестом у него не было резких перемен настроения.
– А можно хотя бы передать ему еды? – Ян Минь едва сдерживала слезы. – Он так долго сидит в тюрьме… – Голос ее дрогнул. – Мне ничего не говорят… Если с ним обращаются как с приговоренным к казни, у него должно быть хотя бы право на последний ужин…
Осознав, что́ она только что произнесла, женщина разразилась слезами. Все ее тело затряслось.
Фан Му обнял ее одной рукой, а второй забрал у Ян Минь сумку.
– Я провожу вас к нему, госпожа Ян, – сказал он сквозь стиснутые зубы и повел женщину к двери.
– Фан Му! – выкрикнули хором Бьян Пинь и Сяо Вон, вскакивая на ноги.
– Позвольте ему пройти, – сказал Хан Веймин. – Посещение члена семьи благотворно скажется на психологическом состоянии испытуемого. Так и передайте своему начальству.
С благодарностью улыбнувшись Хан Веймину, Фан Му подхватил Ян Минь под руку и повел к изолятору. При ее появлении сотрудники, отводя глаза, разбегались в стороны. Несколько офицеров не стали полностью игнорировать ее, но даже они лишь коротко поздоровались, прежде чем пройти мимо.
Как же все изменилось! В прошлый раз, когда Ян Минь приходила в департамент, все в очередь выстраивались, чтобы с ней поговорить…
Они добрались до изолятора, и Фан Му объяснил ситуацию дежурному охраннику. Но тот ничего не хотел слушать.
