— Их создают колдуны силой магии. Материализуют астральные образы.
— Всё это пока мне мало понятно, — сказал мальчик. — Как всё-таки мне научиться перескакивать? Ты можешь мне что-нибудь подсказать?
— Не знаю, — ответил Эвальд. — Наверное, надо очень захотеть оказаться там, куда хочешь попасть, и представить себе, что ты уже там. С твоим воображением это будет не трудно.
— Хорошо, завтра попробую, — пробормотал Ири, засыпая.
Утром, когда Эвальд проснулся, мальчик уже не спал. Он был занят странным делом: отойдя к краю поляны, он разбегался и делал прыжок, затем возвращался и повторял всё снова.
— Что ты делаешь? — спросил принц.
— Я представляю, что перепрыгиваю через оградку нашего двора в Мидвилле, чтобы попасть туда. Ведь ты именно так советовал мне вчера вечером, представить себе, что я уже там, куда я хочу попасть!
— Да, — неуверенно сказал принц. — А вдруг я ошибался?
Ири в очередной раз разбежался, и вдруг исчез, прочертив в воздухе яркую белую линию. Эвальд застыл с открытым ртом. Он был один на поляне, и вокруг никого не было.
— Даже не попрощался, — развёл руками Эвальд.
— Прощайте, господин принц! — прозвучал в голове Эвальда голос Ири. — Я уже дома! Спасибо за то, что научили меня перескакивать!
— Прощай, малыш. Желаю тебе удачи.
Принцу было немного грустно оттого, что он так быстро расстался с мальчиком. Ири был отличным собеседником, да и мог бы во многом помочь Эвальду своими необычными способностями.
Вздохнув, принц сел в седло и продолжил своё странствие. Он повернул на юг. Ему предстояло перейти через Стальные горы, пересечь с севера на юг Равнинную империю, достичь южных стран, омываемых тёплыми морями, и где-то там, на побережье, победить мага Гилморга и спасти свою возлюбленную из лап дракона.
Прошло ещё несколько дней. Снег не прекращался. Однообразные леса и долины сменяли друг друга, и Эвальд ждал, когда же впереди покажутся отроги Стальных гор. Съестные припасы принца подходили к концу. Он рассчитывал за пару дней перейти через горы, и пополнить запасы провианта в каком-нибудь городе Равнинной Империи. Для этого необходимо было выйти на одну из древних дорог, так как города Империи располагались в основном на их пересечениях.
Волки появились неожиданно. Когда Эвальд проезжал одну из долин, раздался протяжный вой, и принц почувствовал, как конь под седлом задрожал мелкой дрожью. Шесть огромных хищников вынырнули из белёсой снежной мглы и широкими прыжками понеслись к ним через долину. Меч был бесполезен против волков, им можно было убить одного — двух зверей, но не шестерых сразу!
— Кажется, дружище, мы попали в переплёт, — сказал Эвальд коню. Волки были всё ближе. Из оскаленных пастей торчали огромные жёлтые клыки. Ещё полминуты, и принц вместе с конём превратятся в кучку кровавых обглоданных костей! Оставался один выход — использовать магию.
— Садись! — сказал принц, и конь послушно опустился на землю, надеясь, что хозяин сумеет вызволить его из беды. Принц внутренне настроился и прочёл необходимые заклинания. Затем он накрыл плащом голову коня. Для этого магического приёма требовалось полное бесстрашие, иначе он был обречён на провал. Волки окружили принца, но он пропал из их поля зрения, для них его как бы не существовало. Озадаченные хищники, недоумевающие, куда же подевалась добыча, внюхивались в воздух. Перед глазами принца маячили их оскаленные пасти, усаженные огромными, трёхдюймовыми клыками. Заклинание затуманивало взоры волков, принц казался им моховой кочкой, трухлявым пнём, поваленной корягой, неживым и неодушевлённым предметом. «Только бы не испугаться!» — думал Эвальд. Стоило хоть тени страха поселиться в его сознании, как заклинание тотчас потеряло бы силу, и волки мгновенно кинулись бы на принца. Эвальд представлял себе волков мирными домашними собаками, игрушечными деревянными фигурками и прочими безобидными существами. Но конь, верный спутник принца, мог выдать его. Он беспокойно шевелил ногами и выказывал признаки тревоги. Эвальд, как мог, успокаивал его. Он гладил коня по голове, накрытой плащом, шепча: «Лежи смирно. Всё хорошо. Верь мне». Огромный волк, вожак стаи, подошёл вплотную к Эвальду и начал недоверчиво обнюхивать его лицо. Стоило принцу хоть на полсекунды испугаться, как жуткие клыки волка сомкнулись бы на его шее. Эвальд, отведя взгляд, представил, что волки уже давно убили и съели его, он совершенно спокоен и ему глубоко безразлично всё, что бы ни произошло. Его истлевшие кости лежат на земле, поросшие травой, и ничто не может смутить его душу, витающую среди белых облаков. Наконец, через несколько минут ситуация разрешилась. Вожак отвернулся от принца и издал протяжный вой. Волки, разочарованно понурив головы, медленно поплелись прочь.