– Так, что девица, рассказывай, как Вы там оказались, вновь вспомнил командир про Алису.
– Как, как, очень просто ногами пришли, я ведь тоже из тех мест, у меня дед там живёт, в соседней деревне, он там всё тропки знает, да и я с ним частенько в детстве в лес ходила, за грибами, за ягодами.
– Ну, вот теперь всё понятно, – успокоился бортмеханик, – понятно, почему их тогда в лагере не было, они в деревню ходили.
– Да, точно, – подтвердила Алиса. – А как Вы догадались? – Её такой расклад вполне устраивал.
– Ну, ты девонька даёшь, – воскликнул Витя, – а где Вам ещё было быть, если в лагере Вы отсутствовали.
– Действительно, – согласился с аргументом бортмеханика командир, но при этом как-то очень хитро посмотрел на Алису. – Или может Вы не ходили в деревню?
Не понравился этот взгляд, да и вопрос девушке. Но она решила, что лучше будет промолчать.
– Ладно, пойду я ещё немного полежу, а то голова сильно болит. Видимо сильно я ею шарахнулась в той хижине, – Алиса поднялась и направилась в салон, бортмеханик попытался было преградить ей дорогу, но командир одним только взглядом отодвинул его в сторону.
– Да, конечно, иди дочка, полежи, лететь нам ещё далеко, а вид у тебя болезненный. Полежи, если что стучись к нам.
– А что, если что? – Удивилась девушка.
– Ну, мало ли, там вон, сколько мужиков, – неопределённо ответил командир.
Семён выбрался из своего потаённого уголка не скоро.
Первое время, проснувшись, позавтракав остатками вчерашней зайчатины и взобравшись в седло, Ядрей даже подумал, что тот страшный сон со вторым в нём неизвестным человеком закончился и сегодня с утра он уже прежний. Но нет, как только отряд покинул лесную избушку, Семён зашевелился, потянулся, расправил плечи и вот он уже тут как тут, уселся на луку седла, да ещё и развернулся лицом к Ядрею, что бы лучше видеть и лучше понимать, всё то, что парень должен был ему рассказать. Ядрей даже не сразу его заметил, а когда заметил, то испугался, начал оглядываться по сторонам, не виден ли его спутник ещё кому. Но воинство Альгорда ехало невозмутимо и не обращало на Ядрея ни малейшего внимания.
– Всё осмотрелся? – просил Семён.
– Осмотрелся.
– Да не видят они меня, не парься.
– Что?
– Да, так ничего, проехали. Давай, брат, рассказывай, куда это меня черти занесли и чем-то всё грозит в частности мне. Ты как я понимаю, в своём болоте находишься.
– Отчего ты меня братом называешь?
– Кто тебя братом называет я что ль? – Не понял вопроса ехавший рядом с Ядреем воин.
– Что? – Не понял парень.
– Ну, ты спросил, отчего я тебя братом называю. Так я не называю. Ты для меня такой же брат, как и волк в лесу, я бы тебя, будь моя воля, задушил бы ещё там в твоей деревне, да вот Родгар не позволил.
– Я тебя тоже братом никогда не назову, и задушить теперь тебе меня не получится, а вот я твоё сердце вот этими руками вырву и на кол голову надену, – оскалился в ответ Ядрей.
– Ты, щенок, – дёрнулся, было, воин, но вовремя остановился, он был стар и опытен, понимал, что сейчас уже с Ядреем ему самому не совладать, а товарищи вряд ли поддержат его в схватке, уж больно нужен был этот парень Сигурду живым.
– Вот так-то поостынь, из тебя вон уже песок сыплется. Не тебе старый пень тягаться со мной. Опоздал ты. И не приближайся ко мне ближе, чем на десять саженей, могу не сдержаться и припомнить всё, что ты в моей деревне творил. – Вспомнил Ядрей этого воина, был он тогда совсем молод, этот поход у него был, пожалуй, первым, оттого он суетился и много-много убивал.
– А ты чего, крутой, – спросил Семён, – ишь, как они тебя боятся. Но ты всё-таки не кричи во весь голос. Тебе может и всё равно, а вот мне ещё пожить хочется, пусть и в твоём теле. Поэтому рассказывай всё про себя.
– Так я про себя и собираюсь тебе рассказывать, – на этот раз шёпотом произнёс Ядрей.
– Нет, ты меня не понял, так, как ты говорил вчера вечером, мысленно.
– А? Понял, ну тогда слушай. Родился я не в этих краях, далеко отсюда…
Ядрей начал рассказывать издалека, так, что бы Семён мог увидеть и понять всю его жизнь, для них двоих теперь самым главным было понимание.
Вертолёт приземлился на аэродроме, как только борт сел к нему тот час подошла скорая помощь не несколько закрытых, с наглухо тонированными стёклами микроавтобусов. Алиса, хоть и была уже в полном сознании, на всякий случай решила изобразить обморок.
«Может лётчики не проболтаются, что она уже в норме и меня повезут дальше вместе с Семёном, – подумала девушка».
Ей повезло, доктора не стали здесь же на месте приводить её в чувства, а просто погрузили в машину на соседние от Трошина носилки. Лётчики, тоже ничего не сказали, только командир подошёл перед выгрузкой к лавке, на которой лежала Алиса, постоял, немного вглядываясь в её лицо.
– Да, не повезло, такая молодая, такая красивая и вот без памяти. Вернётся, нет, кто знает? Куда Вы её повезёте? – Спросил врача.
– Не знаю, куда прикажут, вон те, – врач кивнул в сторону стоящего возле трапа Сергея Владимировича, – как по мне так нужно бы в «Склиф», но не я здесь командую.
