Клинок Тишалла полностью

Орбек отступает, бережно держа на весу раненую руку и бормоча под нос проклятья. Аспид наклоняется ко мне, опершись о колени, ровно настолько, чтобы я не мог до него дотянуться.

– Ну, Кейн, ты же понимаешь, что я не могу совсем отменить правила? Ладно, я тебя впустил. Но заплатить-то тебе все равно придется. – Он торжествующе скалит зубы цвета дерьма. – Надеюсь, ты не против.

– А я сопли не дам за то, что ты делаешь, если не получу воды.

– Все по порядку, – замечает он, хватаясь за пояс.

– Что, боишься в дураках остаться? Куда я денусь, по-твоему – убегу? – Я перекатываюсь к краю чаши, чтобы отхлебнуть воды. Вода вкусная: холодная, кристально чистая, насыщенная минеральными солями, профильтрованная сквозь сотню футов пористого известняка. Делаю глубокий, славный глоток.

Тишина в Яме становится мертвой.

– Знаешь, Кейн, – говорит Аспид, ухмыляясь, словно дружелюбный аллигатор, – отсосом дело не обойдется. Для тебя – вряд ли. Мне тебя придется по-иному упетушить. В задницу. Это, понимаешь, типа наценка. За кредит.

– Да что с вами такое, ребята? – интересуюсь я. – Не понимаю я ваших пидорских игр. Ну то есть к мужеложцам-то у меня претензий нет – чем бы меч ни вострить, как говорится, въезжаешь? – но вот с какого рожна психи вроде тебя нормальных парней опускать повадились? Я же не пытаюсь трахать лесбиянок? Что вам с этого за радость?

Аспид выпрямляется все с той же ухмылкой и начинает расшнуровывать штаны.

– Может, это благоприобретенное? – отвечает он.

– Берн был такой же, – неторопливо замечаю я. – Слыхал про Берна? Я так и не понял, отчего. Собирался его спросить, – я поднимаюсь на локти и одариваю его оскалом, – а он возьми да помри .

Аспид смотрит на меня с тем же выражением на лице.

– Тогда тебе повезло. Я, наверное, смогу удовлетворить твое любопытство.

Некоторые совершенно не понимают намеков.

– Ага. Ну ладно, я уже наслушался. – Я подтягиваюсь, чтобы взгромоздить себя на каменную скамью у основания стены, рядом с родником. Приходится изрядно поерзать, прежде чем мне удается сесть так, чтобы обозреть всю Яму.

Все до единого стоят на ногах, едва дышат в ожидании – должно быть, такого развлечения, как собравшийся меня насиловать Аспид, здесь не было неделями. Даже стражники выстраиваются на мостках, ухмыляясь и подталкивая друг друга. Иные, надо полагать, не забыли еще, как я побывал здесь в последний раз, и любят меня едва ли больше «змей». Вижу я и Делианна, совсем недалеко, за обступившей нас толпой «змей». Видно, как он встревожен, но чародей держится и не вякает. За ним стоит т’Пассе и ее банда приживалов.

– Ладно, задницы! – ору я, набрав в грудь воздуха побольше. – Заткнитесь и слушайте!

Можно подумать, что на меня не все смотрели…

– Мне тут объясняли, как у вас дела обстоят – правила вот толкуют. – Я поворачиваюсь к Аспиду, предлагая ему посмеяться вместе со мной: – Знаешь что? Говно ваши правила.

Он открывает было рот, но я поднимаю руку и продолжаю говорить.

– У меня для вас новые правила. Мои.

Я показываю всем один палец.

– Правило номер раз: наедешь на меня – умрешь. Без предупреждения. Без вопросов.

В толпе заключенных возникает изумленный гул. Аспид пялится на меня, словно я свихнулся на его глазах.

Я разгибаю еще один палец.

– Правило номер два: мое слово – закон. Я сказал – делай. Нарушил закон – отвечай. Нарушил дважды – сдохни.

Аспид презрительно фыркает.

– Не закончил? Еще что-нибудь?

– Еще одно, – отвечаю я, пожав плечами. – Правило номер три: наедешь на моих друзей – значит, наедешь на меня. Затем смотри правило номер раз. Так что… – Я поднимаю руку и машу собравшимся. – Кто хочет быть моим другом?

Аспид фыркает снова. Соплями мается, что ли?

– Ну, не стесняйтесь, – кричу я. – Поднимайте руки!

«Змеи» удерживают толпу взглядами. Им даже не надо пугать и угрожать: напряжение мышц, холод в глазах чертовски внятно объясняют, что случится с придурком, вставшим на мою сторону.

Посреди Ямы вскидывается в воздух одинокая рука.

Заключенные расступаются враз.

– Ты покойник, козел, – говорит Аспид. – Ты понял?

На голом пятачке стоит, подняв руку, Делианн.

– Я хочу быть твоим другом, Кейн. Надеюсь, мы уже друзья.

М-да.

Кажется, его холодной отваге сносу нет.

– Опусти руку, покойник! – кричит Аспид.

– Язык придержи, олух.

– Что? – Аспид опускает взгляд. – Ты мне что сказал?

Т’Пассе выходит на пятачок рядом с Делианном и молча поднимает руку. К ним присоединяется один из ее последователей и еще один, и еще.

– Мне показалось, – говорит Аспид, – мне показалось, ты сказал «Аспид, прикажи ребятам вставить перо этим петухам безмозглым». Вот что мне показалось.

Я грустно качаю головой.

– Я бы на твоем месте серьезно подумал о том, чтобы быстренько оттащить туда свою пидорскую задницу и поднять руку.

– И с какой же это стати?

– А иначе, – отвечаю я, – хреново тебе будет.

Аспид поводит плечами, разминаясь, словно боксер между раундами.

– Смелые слова. Для старого калеки.

– Ты подумай, Аспид. Это очень унизительно. Вот, Орбека спроси.

– Хуже, чем сто херов в зад?

Я оборачиваюсь и смотрю на него с убийственным презрением.