- Вот же темень, хоть глаз выколи, - гномы, хоть и привыкшие к вечному полумраку, но в подземельях кобольдов вообще не было света, им самим это было ни к чему, так что когда гномам развязали глаза картинка для них не сильно изменилась.
- Идите за мной, - проводник показал рукой на заброшенный тоннель, который уходил в сторону от того места, куда мы прибыли, - дальше пешком.
Гномы ворча разбирали оружие и припасы, а также вязанки с факелами.
- «Привыкли к хорошему, - улыбнулся я, - всё бы им только ездить».
Конечно же ради старого тоннеля, которым давно не пользовались, никто не будет укреплять его и проводить по нему железную дорогу, так что мы зашагали вперед, а я решил пока расспросить проводника о том, как же происходил сам обмен.
- Твоё имя?
- Шав, Великий, - кобольд даже споткнулся, когда я обратился к нему.
- Расскажи, что ты знаешь об обмене, подробно: как пришли, что делали вы, что делал бывший Жрец.
- Я практически ничего не знаю, Великий, - кобольд боязливо на меня посмотрел, но я был спокоен и ждал его ответа, поэтому он приободрился и продолжил.
- Жрец привёл нас на место, а сам подошёл к арке и что-то там нажал, она засветилась и вскоре из неё показался такой же, как и вы Великий.
- Как я? не понял я.
- Человек, - быстро поправился он, - не как Великий, но выглядел он совершенно как вы.
- Хорошо, дальше.
- Затем они поговорили и человек исчез в арке, мы ждали еще долго, прежде чем он появился и стали выносить кожу, продукты и остальные вещи.
- Так стоп! не понял я, - какие продукты? Какие вещи? А кристаллы, на подобие этих?
Я показал ему кристалл, вставленный в наконечник копья.
- Ничего такого я не видел Великий, - он испуганно поджал уши, ожидая наказания, но я был в полном недоумении, чтобы следить за его реакцией на мои действия.
- Так погоди, насколько я знаю обмен происходит раз в сто лет, вы обмениваетесь каменной смолой на кристаллы душ, - я вспомнил рассказ помощника Жреца, - ты сейчас говоришь, что кристаллов не видел, сколько же тогда было таких обменов?
- Я участовал в трёх, мы таскали продукты и вещи отсюда, в дом Жреца раз в три года.
У меня едва челюсть от удивления не отвалилась.
- «Ай да жрец, ай да пройдоха! Получается он, как и велели традиции обменялся один раз на кристаллы, а потом устроил свою личную жизнь - обменивая смолу, которую с таким трудом добывало племя - на личные нужны? Какой молодец! восхитился я его пронырливостью».
- Кто еще участвовал в этих переносках?
- Я и трое моих братьев.
- Всегда только вы? Отчего такая честь вам?
- Мы родственниками ему приходились, - смущённо ответил он, - и за молчание Жрец давал нам продукты.
Тут он притих, поняв, что сказал слишком многое.
- Ну в том, что вы обманывали племя, ничего хорошего нет, - воспитательным тоном начал говорить я, - но вот то, что вы ничего не смогли бы сделать, если бы стали рассказывать другим жителям об его махинациях, это да, только это вас и оправдывает.
- Мы не хотели умирать, а Жрец говорил, что если мы начнём болтать, то он нас казнит, - сразу залепетал кобольд, хватаясь за ту соломинку, что я ему дал.
- Ладно, не переживай, Грых не узнает о вашем маленьком гешефте, - успокоил я его, - то, что мне сказал правду молодец, награжу.
Кобольд сразу выпрямил спину и стал вываливать всё, что знал. К сожалению, знал он только о результатах обмена, что говорил жрец он не слышал и как активировать арку он также не знал.
- «Ладно разберёмся на месте, - решил я, - я ведь не тупее кобольдов, чтобы не разобраться как она работает».
Вздрагивая и озираясь от потрескивания породы над головами, потолок старого тоннеля был укреплена каменными балками, не внушавшими мне доверия, мы шагали и шагали вперёд. Низкорослым гномам было проще, они всего лишь пригибались в невысоком тоннеле, мне же приходилось сильно наклонятся. Через час такой ходьбы спина начала отваливаться, хорошо проводник объявил, что мы подходим к месту. Так что, когда моя голова перестала стукаться о потолок тоннеля и я еще раз напомнил себе о желании сделать каски для всех проходчиков, мы вышли на небольшую площадку, я смог наконец разогнуться.
- Ах, - я выпрямился и с наслаждением потянулся, затёкшая спина заныла и захотелось прилечь, чтобы всё тело отдохнуло.
- Конечно, выросла детинушка, теперь обо все углы башкой бьётся, - беззлобно пошутил Дорн, а гномы, которые возились с вязанками факелов стали посмеиваться в бороды, старательно отворачиваясь от меня при этом.
Я гордо промолчал, чем вызвал еще большую череду шуток. Хорошо, что кобольды не понимали о чём мы говорим, а то была бы потеря моего божественного авторитета. Они и так лупали глазёнками смотря за нами, до тех пор, пока гномы не разожгли факелы, и кобольды вынуждены были отступить в темноту тоннеля, дальше от слепящего света факелов.
