– Всё, собирайтесь, выдвигаемся в порт! – безапелляционно заявил я, выходя на улицу. Вскоре переглядывающиеся подросток с хозяйкой последовали за мной.
– Веди в порт, рядом с третьим пирсом я видел таверну. – Я припомнил удачное место, которое мне понравилось своим расположением, но категорически не понравилось контингентом, а также тем, как там велись дела. Пьяная матросня и местное быдло прочно обосновались там, круша мебель и устраивая драки после своих ежедневных попоек.
Женщина, всё ещё ничего не понимая, следовала за нами, здороваясь со встречными прохожими. По пути я поднимал камешки, которые мне были нужны для реализации своей идеи.
– Мы пришли, господин. – Беспризорник довёл нас до нужного места, всё ещё не понимая, что я хочу сделать.
– За мной! – приказал я, и отпихнув пьяного, который пытался войти раньше меня, проник внутрь.
В общем зале царил привычный для этого места гам и шум, а также звучавшие изредка взаимные угрозы от компаний, которые накачивались пойлом по соседству одна от другой.
– Где хозяин? – Я поймал ближайшего раба за шкирку, и тот испуганно показал на человека, стоявшего у стойки и грустно смотревшего на мир вокруг себя.
– Ваша таверна? – обратился я к нему, когда мы втроём продрались через зал.
– Да, господин. – Он удивлённо на меня посмотрел.
– Я её покупаю! – спокойно, но твёрдо произнёс я, высыпав перед ним на стойку десяток бриллиантов.
Настала немая сцена, поскольку ошарашен был не только хозяин таверны, но и мои спутники, они замерли, уставившись на рассыпанное по прилавку богатство.
– Но бумаги… – беспомощно произнёс хозяин, чьё имя я даже не спросил, – магистрат…
– Метнитесь, ещё не поздно, и всё оформите, а я пока наведу порядок в своей таверне.
На наш разговор, а ещё более на блеск камней стали стягиваться зеваки. Хозяин тут же пришёл в себя, сгрёб камни в кошель и, крикнув двух вышибал, побежал вглубь таверны, а затем, одевшись, выбежал на улицу с тубусом из плотной кожи.
– Господин? – Первым из моих спутников пришёл в себя Джонни.
– Зови свою банду, я вас нанимаю в качестве охраны. – Я снял камзол и стал засучивать рукава. – А Энни будет здесь управляющей и поваром.
Вид отвалившихся челюстей рассмешил меня, но поскольку я был серьёзен, то они поняли, что я не шучу. Женщина с испугом и каким-то суеверным ужасом глядя на меня, даже чуть отодвинулась, словно я сейчас её проглочу.
– Джонни, что стоишь, зови всех своих! – Я недоумённо посмотрел на беспризорника.
Тот, покрутив пальцем возле виска, бросился со всех ног наружу. Я обратился к женщине:
– Завтра наймём рабочих, а ты пока проинспектируй кухню и реши, какие продукты тебе нужны, ужинать мы останемся здесь.
Она пошла выполнять мой приказ, наверное, больше из-за того, чтобы оказаться подальше от такого странного и непонятного для неё человека.
Через двадцать минут внутрь ворвались тридцать подростков, и мы совместно с ними стали вышвыривать пьяных постояльцев, которые не понимали, что происходит, и всячески этому препятствовали. Пришлось разбить не одну голову, чтобы все уяснили, что сегодня никому из них здесь не рады. Вскоре я остался один на один с бандой разгорячённых дракой подростков, ошалевших от крови.
– Джонни, – я подозвал главного к себе, – какая справедливая плата за всех вас, чтобы на постоянной основе вы охраняли таверну, ну и можем договориться, чтобы вы заняли второй этаж, если пообещаете вести себя прилично.
Подростки смотрели на меня, словно не могли поверить услышанному, а потом перевели взгляд на своего главаря. Он задумался.
– Десять серебряных монет в неделю, – заключил он, – столько мы зарабатываем, воруя, грабя и попрошайничая. Если нам будет где жить и что есть, сумму можно снизить.
– С едой и постоем вы разберётесь с Энни, она станет управляющим, и вести дела отныне будете с ней. – Я достал из кошелька последнее золото и положил пять монет на стол.
– Завтра всех своих помойте, переоденьте и найдите работников, которые готовы будут потрудиться. Всех, кто будет завтра плохо пахнуть, я сам выкину за дверь.
Наверняка никто из мальчишек никогда не видел столько денег сразу, поэтому, когда главарь забрал их со стола и спрятал, все тяжело выдохнули.
– Не знаю, зачем вы это делаете, но такие приказы выполнять приятно. – Его усмешка вышла кривой.
– Называйте меня милорд или мессир, – отчеканил я. – Завтра у вас всех начнётся новая жизнь, а вот насколько вы готовы жить нормально, решать вам. Я даю вам шанс забыть холод и голод, а уж как вы этим распорядитесь, целиком ваша задача.
Краем глаза заметив Энни, которая слышала моё обращение к ним, я поманил её рукой.
– Завтра ребята приведут рабочих, всё переделай, хочу видеть чистоту и порядок, как в твоём доме, такого же качества еду в большем ассортименте, деньги я принесу позже, мне нужно вернуться в гостиницу и забрать свои вещи.
– Слушаюсь, милорд. – Она, похоже, полностью смирилась с тем, что в её жизни произошёл поворот на сто восемьдесят градусов. – Мне тоже нужно забрать кое-что из дома. Вы ведь хотите, чтобы я жила тут?
