– Другого пути нет, – раздраженно отрезал тот. – Сова говорит, что этот путь единственный.
Тогда Александр со скорбным вздохом: «Ребята, надо бы за поворот отойти, а то шарахнет – костей не соберем!» – вытащил из поясной сумки такой же камешек, что применил, когда мы шли сюда.
– Не стоит спешить, я что-нибудь придумаю… – попытался остановить его Дима, но Виктор перебил:
– Некогда придумывать! Саш, кидай свою гранату, а то сзади черт-те что творится… я прикрою.
Я обернулась. И правда, там, вдалеке, стены коридора уже срослись, образовав тупик. И теперь медленно, но верно он приближался к нам.
– Прячемся за дверь! – резко скомандовал Саша.
Дмитрий осуждающе покачал головой и отошел подальше от стены, выставив посох вперед, словно упор. А рейнджер схватил меня в охапку и, не дав возмутиться, уронил на пол рядом с дверью, а сам рухнул сверху, прикрыв голову руками.
Ассасин размахнулся, отправляя камень в полет, а потом молнией сиганул в импровизированное укрытие.
– Саша, не надо-о-о! – запоздало крикнула я, вспомнив, что не предупредила насчет живых стен. Но мой крик потонул во взрыве. Раздался такой неимоверный грохот, как будто несколько авиабомб рванули разом.
Уши заложило от ударной волны. Казалось, весь замок вздыбился, и пол с потолком поменялись несколько раз местами. Нас кубарем протащило назад по коридору. Лишь когда перестало трясти, рискнула открыть глаза и осмотреться.
Свет померк, видно было, как в сумерках. Вокруг все засыпало битым камнем, а стена, преграждавшая нам путь, теперь зияла огромным оплавленным проломом. Я же лежала на чем-то мягком… Живо скатившись, увидела, что лежу на Викторе, который в свою очередь подмял под себя Сашу. А вот Дима… Уф… Дима вот он! Поднимался на ноги, опираясь на посох и держась за стену. Александр вроде тоже начал подавать первые признаки жизни. И Кот приходил в себя.
Хотя помяло нас изрядно, все были целы. С кряхтением, охами мы кое-как встали на ноги.
– Ну что за западло… Чтоб тебе! Пошла вон, зараза! – закричал Дима и, взмахнув посохом, попытался стукнуть тварь, которая вылезла неизвестно откуда и уже подобралась к упавшей двери.
Тварь с легкостью схватила ее, как какой-нибудь фанерный лист, подняла и теперь волокла к стене.
С навершия посоха вспорхнула птица. С того места, где она только что сидела, ударил серый жгут тумана и, обвив тварь, повлек ее прямо на шамана. Бестия забилась в конвульсиях, принялась упираться, истошно верещать и отбросила от себя дверь. А потом совершила невероятнейший рывок, прыгнув на стену, и с негромким хлопком растворилась в ней.
– Что это было?! – опомнившись, выдохнул ассасин.
Я же стояла ни жива ни мертва. Тварь напоминала одну из тех, что были вмурованы в стены. Серо-зеленая, сливающаяся цветом с каменной кладкой, очертаниями она напоминала горгулий с готических соборов. Но из-за того, что в ней торчали и судорожно шевелились остатки чужого тела, она вызывала невыносимое отвращение.
– Сам замок, – с трудом ответила я и нервно оглянулась: срастающийся тупик был совсем близко.
– Тогда быстро делаем отсюда ноги, – Виктор смотрел туда же, куда и я.
Он подскочил к двери и попытался повернуть ее, чтобы удобнее было вновь ее поднять. Едва он к ней прикоснулся, как весь битый камень, словно находясь под незримыми пальцами умелого скульптора, превратился в части изуродованных тел. А потом те тягучей массой принялись спаиваться меж собой, образуя тошнотворный клубок, который медленно пополз в нашу сторону.
Ассасин, ни слова не говоря, подскочил к рейнджеру, помог поднять злополучную дверь. Шаман, погладив навершие посоха, будто успокаивая вновь ставшую деревянной птицу, обогнул их и первым шагнул в проем. Я же, повернувшись боком, чтобы удерживать парней краем глаза в поле зрения, прикрывала наш отход.
Едва ребята преодолели проем, как тупик, что прежде был единой стеной, пророс сотнями фигур. Они, вырываясь из плена стен, бросились к нам.
– Бего-о-м! – крикнула я, одновременно накатом запуская заклятие. А потом, не проверяя, застыли ли твари, кинулась вслед за парнями.
Когда нагнала их, Виктор, отдуваясь, поинтересовался:
– Как там?
– Хреново, – коротко отрезала я, экономя дыхание.
Минут через десять, вылетев в очередной зал, парни решили передохнуть. Пот с них лил градом, воздух с хрипом вырывался из груди. Я бежала последней и видела, как они затормозили.
– …Водички бы сейчас, – подбегая, я услышала, как выдохнул рейнджер. Он согнулся и, упершись руками в колени, сплюнул тягучую слюну. Ассасин, присев на корточки, пытался восстановить дыхание. Я плюхнулась на пятую точку прямо на пол и пыталась отдышаться. Устроить бег с препятствиями с четвертью центнера на плечах – это вам не баран чихнул! Лишь шаман, не обремененный доспехами и прочими тяжестями, только слегка взмок да немного запыхался.
– Нам осталось пройти три зала, и мы у выхода, – принялся он подбадривать парней. – Помните, мы здесь уже были?
