Появление Матери и разговор с ней ушатал не по-детски! Голова кружилась. Меня тошнило, словно от теплового удара. Кое-как села, и картинка тут же поплыла перед глазами. Ой, как мне хреново!.. Пришлось вновь лечь, так было легче.
Что же выходит?! Арагорн – это Игрок? И я теперь должна буду исправлять его косяки?! Найду падлу – точно убью! Правда, если узнаю, как… Но даже если не узнаю – все равно убью! Эх… Что ж за жизнь-то?!
Голова кружилась все сильнее – нехороший признак. Уже предполагая, что обнаружу, провела под носом. Так и есть – кровь пошла. Опять перенапряжение схлопотала. Сейчас самое время демира выпить, чтобы не вырубило… Ах ты! Фляжка с ним в лагере осталась, в моей сумке! Как бы мне доползти? Попытаться встать?
Уже поднялась на карачки, упираясь в землю, и только собралась подняться на ноги, как вновь рухнула, пребольно ударившись лицом об каменную мостовую.
– Что за новости?! – невольно вырвалось у меня, когда вновь утвердилась на четвереньках и осторожно оглянулась, а потом охнула от неожиданности.
Я вновь оказалась в тумане, на мосту судьбы.
Воздух был тяжелым и затхлым, и от этого было трудно дышать. Грудь сдавило, словно на нее положили гранитную плиту.
Поднимаясь, я обнаружила, что полностью одоспешена, хотя до этого была лишь в одной рубашке.
Я снова оказалась в тумане: надолго ли – не знаю, но теперь хотя бы знаю, что вернусь обратно. Происходящее здесь реально – проверено заржавевшим наручем. Эх!.. Мне бы тех парней встретить, что я в прошлый раз у костра видела. Они ведь такие же попаданцы, как и я. Расспросила бы их – что почем. Возможно, они знают больше меня.
Окрыленная такими мыслями, я проверила свою амуницию, запахнулась поглубже в плащ и зашагала вперед. Гадать в этой непроглядной мгле, в какой стороне находится костер, бесполезно, придется положиться на удачу и на авось. Как говорится, авось выведет!
Шла около часа, вокруг ничего не менялось. Иногда под ноги подворачивались едва различимые кочки да рытвины, поросшие чахлой травой. По-прежнему веяло затхлостью прелой земли, правда, изредка к нему примешивался противный сладковатый запах, который я никак не могла распознать.
Пока шла, размышляла о случившемся. Явление Лемираен выбило меня из колеи. Она оказалась стервозной дамочкой, требовала рабского поклонения и обожания. Неужели все боги такие? Власть развращает, а бесконечная власть развращает бесконечно?.. Морвид на сто процентов был прав в отношении богов… Как она сказала? «Игрок виноват, но ты должна исправить его ошибку?» – Круто! Только за богами я еще не расхлебывала. «Сделай все, что он велит и как велит. И я награжу тебя», – еще не легче! Он скажет мне: прыгни в колодец, – и я должна буду это сделать?! А рожа у Арагорна не треснет?! И чем меня собирается наградить Лемираен? Супер-пупер силой?! Чтобы я еще больше зависела от нее? А то мне ее постоянного присутствия мало!
Не спорю – ощущения приятные, кайф, да и только. Но все время в них купаться? Поначалу и довольно длительное время просто хорошо, потом понимаешь – уже хватит, пора бы остановиться. Однако тебя никто не спрашивает, сила как лилась, так и льется. Как раз сегодня мне продемонстрировали, что такое «сверхобъемное поступление»: восторг переходит на грань упоения – терпеть можно, но недолго, потому что становится больно. Экстаз и невыносимая боль… А я не мазохистка, мне такое не в удовольствие!
«Прелести» добавляло то, что все эти ощущения были мне навязаны без моего желания. Умом я понимала, что вера в Лемираен – это внедренные в новое тело чувства, без которых невозможно получать силу. Но порой, когда эмоции захлестывали через край, становилось сложно понять: где навязанное, а где мое. От такой религии одни сплошные проблемы!
А этот Арагорн! Вот гад! Натворил неизвестно что, а я расхлебывай! Интересно, парни тоже по вине Арагорна, или, как еще его называют, Игрока, здесь оказались? Спросить бы, но для начала не мешало бы их найти.
Туман не рассеивался, но и не становился плотнее, что радовало. Под ногами стало похрустывать. Поначалу я не обращала внимания, но когда стала спотыкаться и запинаться, а камни с треском раскалываться, то все-таки невольно опустила взгляд и охнула: я шла по сплошному костяному ковру и камни, что подворачивались мне под ноги, оказались черепами всевозможных форм и размеров. Стало жутко. Мама родная, где же я очутилась?!
Словно в ответ, резкий порыв ветра распахнул плащ и, разорвав туман, обнажил поле, до горизонта усыпанное выбеленными временем костями.
Насколько хватало глаз, под тяжелым свинцовым небом простирались необъятные равнины. Слоями, а иногда и курганами лежали скелеты неведомых существ. Одни были жестоко изрублены, в вывороченных ребрах других торчали обломки стрел. Некоторые представляли собой просто россыпь костей. Зрелище не для слабонервных.
