Она еле заметно кивнула и закрыла глаза. Ей было слышно, как доктор Лэмборн засунул руку в карман, а потом она почувствовала, что он взял ее за руку и осторожно раскрыл ладонь. Открыв глаза, она увидела маленький медный ключ. Ключ, который откроет целый сундук болезненных воспоминаний. Она глубоко вздохнула и постаралась собраться с духом. С тех пор, как она собрала этот чемодан, прошло пятьдесят лет, но как только она открыла его и подняла крышку, на нее пахнуло знакомым духом ее дома и она мигом перенеслась в свою комнату. Из всех органов чувств обоняние лучше всего пробуждало воспоминания. Она до сих пор не научилась варить капусту, не вспоминая при этом злосчастную эмбергейтскую кухню и ту размазню, что они давали пациентам под видом еды.
Эми развернула хлопковое платье с цветочным рисунком, которое лежало сверху, и рассмеялась над своей былой наивностью.
– Представляете, что было бы, если бы я надела его в Эмбергейте.
Доктор Лэмборн нервно заерзал.
– Не я придумал эти правила, Эми.
Она швырнула платье на стол.
– Но и не старался их изменить.
Она перебрала одежду, сложив ее стопкой, и взяла в руки расческу, когда-то принадлежавшую матери. Нежно проведя по мягким щетинкам, она сняла резинку со своих волос, распустила косу и провела щеткой по длинным прядям. Доктор Лэмборн, как завороженный, смотрел на нее.
Она заметила его взгляд и положила расческу на стол.
– Думаю, вы уже можете пойти. Спасибо, что привезли чемодан, доктор Лэмборн.
– Пожалуйста, зови меня Стивен.
Она наморщила лоб и попробовала произнести это имя:
– Стивен?
– Да. И я не уйду отсюда. По крайней мере, прямо сейчас. Нам еще многое нужно проработать.
– Проработать? Вы больше не мой доктор… Стивен. Разминайте свои психиатрические мускулы на ком-нибудь другом.
Он улыбнулся.
– Милая, дорогая Эми, ты же нисколько не изменилась, да?
– Нет. Несмотря на усилия окружающих.
– Можно мне позвонить дочери с твоего телефона?
– У вас есть дочь? – удивилась она.
– Да, Сара и привезла меня сюда. Теперь мне под силу только короткие поездки. Сара постоянно угрожает, что заберет ключи от машины. – Он отвел взгляд, стыдясь своей немощи. – Я попал в пару… аварий и обещал Саре ради ее спокойствия не ездить на большие расстояния. Но совсем отказываться от вождения не хочу. Не хочу попадать в зависимость.
– Неприятно, когда люди решают, что для вас лучше, да?
Он внимательно посмотрел на нее.
– Я не могу то и дело извиняться, Эми. Но если ты уверена, что хочешь побыть одна, я позвоню Саре и попрошу приехать и забрать меня. Решай сама.
– Все нормально, можете остаться еще ненадолго, – разрешила она и снова переключилась на чемодан. Достав оттуда распашонку, приложила к носу и вдохнула запах. От нее пахло отцом, его табаком. Следующим был игрушечный мишка, которого мама сшила из лоскутков шерстяной ткани. Они не сочетались друг с другом цветами – мама явно пыталась задействовать все имеющиеся в доме кусочки. – Она это сшила для моего братика, который…
Доктор Лэмборн тронул ее за руку.
– Я помню. Поэтому и не хотел уходить от тебя сразу. Я больше не буду говорить тебе, что делать. Просто буду здесь, чтобы поддержать тебя. Если разрешишь, – добавил он с улыбкой.
Столько воспоминаний вместилось в этот чемодан! Он оказался машиной времени, окном в ее прошлое, в которое она не осмеливалась заглянуть, но и сопротивляться была не в силах. Со дна чемодана Эми извлекла рисунок и подняла его на свет.
– Посмотрите! Мама рисовала это на лугу за этим самым домом. Разве не удивительно? То, как она отобразила цвета осени в поле и солнечные блики на море. – Она осторожно дотронулась до холста и повернулась к доктору Лэмборну. – Видите здесь папоротник?
Он подался вперед и присмотрелся.
– Да.
– Видите сидящую в нем маленькую девочку?
– Мне трудно рассмотреть детали без очков.
– Если присмотреться, можно увидеть затылок девочки и ее длинные волосы карамельного цвета.
Улыбаясь, она гладила рисунок рукой.
– Это ты?
– Да. Я очень просила маму, чтобы она вставила меня в какую-нибудь картину, но она писала только пейзажи. И тогда она придумала, что нарисует меня здесь, но спрячет так, чтобы только мы вдвоем знали, что я там есть. Это был наш секрет.
Она наклонила голову, и из ее глаз потекли давно сдерживаемые слезы. Ей было все равно, что ее видит доктор Лэмборн. Она знала, что он поймет как никто. Он подошел и обнял ее. Эми решила не сопротивляться. Вместо этого она прислонилась к его груди и позволила гладить себя по волосам.
– Что с ним случилось, как вы думаете? – после долгого молчания спросила она.
– Я даже не представляю, Эми, но вместе мы все узнаем.
Она отстранилась и посмотрела на него.
– Правда? Вы поможете мне?
– Он же и мой сын, не так ли?
Из груди Эми вырвался то ли смех, то ли всхлип.
– Можно мне ваш платок, доктор Лэмборн?
Он достал его из кармана и передал ей.
– Я же попросил… зови меня Стивен.
– Похоже, дождь поутих. Ты бы не хотела со мной прогуляться? Я еще никогда не ходил вдоль побережья.
