С этими словами парень промчался мимо.
Вера оглянулась, чтобы проверить, не вырос ли у нее хвост, и поймала взгляд еще одного парня, ростом пониже и с буйной черной шевелюрой. Он подмигнул ей и рассмеялся. Вера улыбнулась в ответ. Неужели она и правда так молодо выглядит, что ее принимают за студентку? Да нет, скорей всего, это из-за одежды. Одета она скромно — джинсы, курточка неприметная. Да, с этим нужно что-то делать, но денег нету…
Она поднялась на второй этаж и пошла направо по широкому коридору.
Вдоль стен этого коридора вместо традиционных портретов профессоров и преподавателей стояли гипсовые бюсты. Вера прочитала таблички под некоторыми: «Лисипп», «Мирон», «Пракситель», «Диоген», «Аристофан»…
Дойдя до конца коридора, Вера увидела приоткрытую дверь, на которой имелась табличка с надписью «Аудитория № 12».
Она толкнула эту дверь и вошла внутрь.
Посреди аудитории, перед скульптурой какого-то античного божества, стоял Верин знакомый, профессор Козодоев, и допрашивал невысокого студента с оттопыренными ушами.
— Ну, Петров, скажите только, кого изображает эта скульптура — и я поставлю вам «удовлетворительно»!
— Эта? — переспросил Петров и почесал в затылке.
— Да, эта скульптура! Поскольку никакой другой перед вами сейчас нет! — Судя по тону, профессор начинал терять терпение.
— Эта скульптура?
— Ну да! Это ведь очень, очень известный персонаж! Вы наверняка о нем немало слышали!
— Роналду? — попытался угадать студент. — Платини? Марадона? Бэкхем?
— Все, Петров, мое терпение кончилось! — не выдержал профессор. — Придете через три месяца!
— Но профессор, я же учил…
— Я сказал — все! Уходите!
Петров ушел, понурившись и глядя под ноги, а профессор наконец заметил Веру.
— Вы, девушка, ко мне? Что же вы опаздываете, я уже ухожу… — недовольным голосом сказал он, очевидно, ленивый тупой студент вывел его из себя.
— Сергей Степанович, вы меня не узнали? — Вера подошла ближе.
Профессор вгляделся и всплеснул руками:
— Ну надо же, какая метаморфоза! Как прическа меняет человека! Вас действительно не узнать!
«Не только прическа», — подумала Вера и улыбнулась загадочно.
— Ах, Верочка! Извините, что заставил вас ждать!
Вера готова была поклясться, что в глазах профессора зажегся новый интерес.
— Прежде всего я хочу вас поблагодарить за то, что выручили меня в аэропорту, — Вера достала из сумочки деньги, — вы мне очень помогли, просто не знаю, что бы я делала…
Тут она немного покривила душой, но, кажется, профессор ничего не заметил. Он не стал махать руками и громко отказываться, просто взял деньги и сунул в карман.
— Счастлив был помочь такой интересной молодой женщине, — сказал он, погладив ее по руке, и Вера едва подавила усмешку.
Профессор-то не промах, даром что пожилой. Глядит бодро, и палка куда-то подевалась, он же вроде прихрамывал. Ну, Веру совершенно это не касается.
И только было она попыталась сообразить, как подвести его к разговору об амулете, как профессор собрал свои вещи и сказал, что он просто обязан напоить Веру кофе, у них внизу имеется вполне приличное кафе, и официантка Мила сама варит кофе совершенно изумительно, почти как в Италии.
«Точно, профессор не промах, — подумала Вера, идя следом, — привык тут, среди студенток-то…»
Они спустились на первый этаж и вошли в уютное кафе. Стены были выкрашены в приятный для глаз теплый бежевый цвет, занавески на окнах были того же оттенка, но чуть ярче. Вере понравилось, что столики были расположены очень удачно, вроде бы и близко друг к другу, но под углом, так что трудно было услышать разговор. Возле стен стояли комнатные растения в кадках, пахло кофе и свежей выпечкой.
Профессор выбрал самый уединенный столик, чему Вера порадовалась. Народу было в зале немного, им никто не помешает поговорить.
— Ну? — качал профессор. — Так о чем же, дорогая, вы хотели со мной побеседовать? О Гермесе Трисмегисте?
— Как вы догадались? — На этот раз Вера не сумела совладать со своим лицом.
— Ох, милая девушка, я столько студентов перевидал на своем веку, сразу могу сказать, кто что-то знает, а кто — пытается делать вид, кто действительно учил предмет, но просто растерялся, а кто, как говорится, ни в зуб ногой.
«Я не студентка, и мы не на экзамене», — подумала Вера, теперь уже тщательно следя, чтобы на лице ее не отразилась эта мысль.
— Так что вы хотите у меня узнать? — Теперь уже профессор был настойчив. — Если могу помочь…
— Можете, — Вера преодолела колебания, решилась и положила на стол тускло блестящий кругляшок, — расскажите мне все, что знаете об этой вещи…
— Вот как! — Профессор осторожно взял амулет в руки, при этом Вера сделала невольное движение, чтобы подвинуть свой стул ближе, чтобы перехватить его руку, если он вздумает сунуть кругляшок в карман. Или сжать в кулаке. Ей самой все время хотелось так сделать. И не хотелось выпускать амулет из рук, ей хотелось днем носить его с собой, а ночью класть под подушку.
