Легенды. Они имеют необъяснимую власть над сознанием, будоражат воображение и заставляют трепетать сердца. Хаос мыслей и сумасшедшее желание отыскать остатки утерянного прошлого.Виконт Бенедектас, влекомый единственным желанием вызволить разум старшего брата из теней, его опутавших, чтобы самому избежать участи графа, позволяет иллюзорной надежде на клинок из легенды завладеть собой. Уверившись в словах, отыскав направление в архивных документах, он врывается в судьбу сестер, которые должны его ожидать, а вместо этого пытаются избавиться от возникшей угрозы. Неразрешимые загадки заводят его в тупик. Собственный разум становится врагом.С невероятным упорством возвращает усадьба Гехеймнис виконта на свои земли, тогда как он сам с каждым шагом вперед приходит в ужас, готов отказаться от поисков предсказанного ключа и принять титул. Но изумрудный кошмар уже владеет им. С момента рождения. Много веков назад.Обложка нарисована автором.
– Где здесь запретные архивы?
– Прошу прощения, милорд? – за милордом, на мгновение застывшим с одной поднятой ногой у лестницы, бежал один из книжных хранителей, чьей задачей было переписывать совсем ветхие экземпляры, но никак не носиться по этажам. Низкий и тяжелый, он уже выбился из сил и постоянно вытирал рукавом лоб, оставляя на себе чернильные следы. Испытал неимоверную радость, когда благородный лорд остановился, но рано – тот начал взбираться по ступеням.
– Ну в каждой библиотеке есть книги, которые запрещено трогать, – посетитель на ходу пытался растолковать сбитому с толку писцу, едва поспевающему за ним, что конкретно хочет увидеть в пыльном книгохранилище. Запрокинул голову к третьему ярусу, его горящие зеленые глаза охватили все полки над ним. – Они, как правило, спрятаны от чужих глаз и…
Ухватившись за истертые перила, писец перевел дыхание, стащил с головы плоский берет и утерся уже им, вслед за лордом задрал подбородок вверх, на высокие забитые книгами и свитками стеллажи, облепившие стены, не в силах сообразить, какие такие архивы ищет неугомонный молодой мужчина с русыми волосами, небрежным хвостом свисавшими на спину. Рукава темного фрака лорда были уже все в пыли, фалды смялись, труха полок и ржавчина балконных решеток понаставили пятен на белоснежных до этого панталонах. И он все продолжал упорно куда-то лезть.
– Милорд! – взмолился писец. – Это и есть архив, на чердаках или в подвалах мы не храним книги, они же попросту сгниют! И он закрыт для посещений, вы лично показали выданный вам специальный допуск, так что представьте, что он запретный! Там, – ткнул пальцем в угол куда-то вниз, начиная уже тихо ненавидеть изящного аристократа, прыгающего по стеллажам в точности как обезьяна местного зверинца – по прутьям клетки, – все реестры, вы можете по названию, категории поискать, а не перебирать каждую книгу или метровые рулоны!
Милорд задумался над словами больного, судя по лицу и поту, градом катившемуся по вискам и шее, человека, который все ходил за ним, использовал одежду вместо полотенца, к тому же нудил без перерыва. Вытащил свой допуск, встряхнул его от щепок, непонятно как забившихся в карман, украдкой прочитал, что там было написано. Принял невозмутимый вид и кивнул:
– Проводите меня к реестрам. Вы, несомненно, правы, … Ээ… – низенький человек определенно называл свое имя, которое напрочь вылетело из головы. Лорд ослепительно улыбнулся и перемахнул через перила лестницы вниз, мягко приземлился на обе ноги под перепуганным взглядом писца. – Здесь, да?
И направился к выдвижным ящикам, вокруг которых расставлены были длинные пустые столы, покрытые слоями пыли. Подумал, что книжный червь был прав – читателей и гостей здесь принимали редко, возможно – никогда.
Писец же сел прямо на ступени, не до конца уверенный в том, что лорд в своем уме. И что он на самом деле пошел читать каталог, с которого и нужно было начать. Он сам, по крайней мере, поступал именно так, потому что выучить наизусть все тома смог лишь один архивариус, ископаемый Бейн. На первый взгляд почтенный седовласый старик с бородой, покоящейся на груди поверх невнятного цвета мантии, на самом деле – серьезная угроза всему книгохранилищу, несмотря на его изумительную память и здравый еще рассудок.
Вот и сейчас архивариус приближался к посетителю, окутанный клубами дыма, зажав в крепких еще зубах длинную курительную трубку. Писец тяжело вздохнул и оглядел возможно будущее пепелище, понимая, что будет скучать по своей работе, какой бы изнурительной она не была благодаря некоторым лордам.
Бейн тем временем остановился за спиной увлеченно роющегося в ящиках лорда, не ставшего искать подстилки или табурета, и устроившегося прямо на огромных каменных плитах пола. Постучал молодого мужчину по спине, тот подпрыгнул и резво обернулся. Несколько мгновений пытался разглядеть хоть что-то, щурясь на огонь лампы. Потом различил запах табака.
– Бейн, – в его голосе послышалось облегчение. И еще оживление. Лорд вскочил на ноги, отряхнул зад. Отвел руку архивариуса в сторону, чтобы не слепил своим фонарем. – Как хорошо, что ты явился, а то твой ученик совсем пустой. Прости, конечно, но что есть, то есть. – Тут же забыл про писца, который обиженно поджал губы и часто задышал. – Где тут старые карты можно отыскать?
– Вы не спрашивали про карты! – выкрикнул писец. Бейн погрозил ему пальцем. Лорд почесал затылок, пожал плечами и снова потерял человека без имени из виду. Помахал руками перед собой, отыскивая Бейна, почти целиком скрывшегося в сизом дыму.
– Дядя соизволил почить и оставил после себя море эмоций и очередную шараду, – сообщил старику.
– Эмоций? – уточнил архивариус, не зная, как это толковать. Лорд подхватил его под локоть и потащил к лестнице, с которой поспешно убирался кто-то, путаясь в складках одежды. Бейн остановился, чтобы вручить писцу свою трубку, и попрыгал вверх за молодым мужчиной.
