Франсуа вздохнул и вынул из папки еще одну черно-белую фотографию. Он подтолкнул ее в сторону Бертолини, и она, скользнув по гладкой металлической поверхности стола, уткнулась в его локоть.
– Вам известно, что это такое?
Молодой человек взял фотографию в руки и послушно посмотрел на нее. В этот момент Франсуа показалось, что земля уходит у него из-под ног. Воздух вокруг головы подозреваемого сгустился и задрожал. Франсуа смотрел на него и не мог оторвать глаз, но его сознание творило в эти минуты что-то такое, отчего душа ушла в пятки. Вместо симпатичного, но заплаканного лица Франсуа вдруг узрел череп с темными впавшими глазницами, дыркой вместо носа и тусклыми огоньками на месте зрачков. Голова мгновенно закружилась, и холодный пот заструился по спине. Он качнулся в сторону и, чтобы не свалиться на бетонный пол, уцепился обеими руками за края столешницы, хватая ртом воздух, как выброшенная на берег рыба. Но непокорный стол все же выскользнул из его мокрых дрожащих пальцев, и Франсуа полетел на пол, теряясь в душной, тошнотворной темноте.
– Франсуа!.. Франсуа! – услышал он встревоженный голос Баселя издалека. – С тобой все в порядке?
Он сделал усилие над собой и попытался встать на ноги, но тут же рухнул обратно на стул. Рука Баселя сжала его предплечье и как следует тряхнула.
– Франсуа! – услышал он снова. – Очнись, что с тобой?
Франсуа потряс головой, приходя в себя и оглядываясь на зеленые стены допросной так, словно видел их впервые. «Черт, этот проклятый недосып мне скоро боком выйдет», – подумал он, хватая стакан с водой, предназначавшийся для Анжело, который протягивал ему Басель, и делая жадный глоток. Сознание постепенно прояснялось. Краем глаза он ухватил сочувственный взгляд молодого человека.
– Вам плохо? – поинтересовался тот с улыбкой.
«Какого черта? – внезапно рассердился Франсуа. – Он что, меня жалеет?»
– Я в порядке, – отчеканил он сквозь зубы.
– Вы, по всей видимости, устали и не выспались, – покачал головой молодой человек. – У меня такое бывает. Вам нужно пройтись по свежему воздуху и поесть. Может быть, пройдемся вдвоем как-нибудь? – Басель наблюдал за ними тихо, как мышь. Вероятно, в его голове закоротило мозги, и он опасался подать хоть один звук.
– Я в порядке, – сказал Франсуа уже мягче и вновь подвинул к подследственному фотографию ключа. – Так вы узнаете этот предмет?
Руки молодого человека снова непроизвольно взметнулись к шее. Его лицо было еще бледнее, чем раньше.
– Да, – сказал он так тихо, что Франсуа пришлось наклониться, чтобы расслышать его. – Я узнаю этот предмет. Это мой ключ.
– Ключ? – машинально переспросил Франсуа, словно у него были сомнения относительно того, что это за предмет.
– Да, ключ. – Молодой человек перестал улыбаться, и внезапно Франсуа пришла в голову мысль, что подозреваемый действительно выглядит лет на тридцать, не меньше. Его дурашливая, ребяческая манера поведения и высокий тембр голоса все время сбивали его с толку. Теперь же напротив него сидел взрослый и, по-видимому, очень усталый мужчина. – Можно мне получить его обратно? Мне очень нужно хранить его здесь. – Он для наглядности показал на свою худую шею. – Это важно. – Его голос неожиданно прозвучал на октаву ниже, и у Франсуа мороз прошел по коже. Он и правда поверил, что это важно.
– Нет, извините, – вздохнул он, убирая фотографию обратно в папку, – отдать его вам мы пока не можем. А почему он так важен для вас?
– Это как талисман или амулет, – пожав плечами, объяснил молодой человек все так же серьезно, – он приносит мне удачу. Я с ним не расставался с детства, и теперь мне как-то не по себе, что он не со мной. А когда вы сможете отдать мне его? – с надеждой спросил он Франсуа.
Франсуа подумал, что подозреваемый обращается к нему так, словно Баселя нет в комнате. Неудивительно, что напарник бесился. На вопрос он не ответил. Что тут ответишь? Кто знает, сколько продлится следствие такими-то темпами.
– Отпустите меня, пожалуйста, домой, – вдруг грустно попросил молодой человек.
Франсуа почувствовал острый приступ тоски, и у него засосало под ложечкой.
– Мужик, – хохотнул Басель, – может, тебе еще дорожку насыпать или косячок скрутить?
– Вы, наверное, плохой полицейский, – в первый раз за все время повернулся к нему молодой человек, – я знаю, я в кино видел. А вы, – повернулся он к Франсуа, – вы хороший.
Франсуа почувствовал, как краска заливает лицо. Еще чего не хватало!
– Вам нужно поменьше смотреть кино! – жестко бросил он и тут же смутился своей резкости. Перевел дыхание и ответил уже мягче: – Пока мы не можем вас отпустить.
– У меня такое ощущение, что мне грозят серьезные неприятности, – серьезно поведал молодой человек, помрачнев, но тут же снова просиял. Он вообще не умел долго хмуриться. – Но вы ведь во всем разберетесь, правда? – обратился он к Франсуа.
– Извините нас, пожалуйста, мы скоро вернемся, – сказал вдруг Басель нарочито вежливо, вставая со стула и хватая Франсуа за локоть. Он выволок упирающегося напарника в коридор и развернул к себе лицом.
