Проверив свою флягу, Шайни убедился, что она наполовину наполнена водой. Наощупь он нашел рюкзак Радхики и с радостью обнаружил, что ее флага полна. Что ж, обезвоживание им пока не грозит. Он также нашел в ее рюкзаке сигареты, зажигалку, а также пачку миндаля и четки. Сам некурящий, Шайни обрадовался, что у Радхики есть эта привычка. Зажигалка может быть крайне полезной в их ситуации! Главное для них — дождаться помощи, не промокнув и не замерзнув до этого момента.
Шайни поднялся с места, на котором сидел и взял Радхику на руки. Он осторожно углубился в пещеру, там было сухое место, свободное от снега. Положив Радхику на пол, он соорудил из рюкзака и полотенца подобие подушки. Затем, включив фонарик, Шайни стал собирать дрова, тряпки и вообще все, что могло гореть в костре. Внезапно он замер на месте.
«Да что же я, дурак, делаю?» — подумал он. действительно, костер в этом замкнутом пространстве погубит их вернее холода. Они не замерзнут, но задохнутся!
Шайни посмотрел на Радхику, вздохнул и закрыл глаза. Он стал молиться. Да так, как не молился никогда. Он вспомнил всех богов и святых и к каждому направил просьбу вытащить Радхику из пасти смерти.
Неожиданно раздавшийся звук оторвал его от молитвы и заставил открыть глаза.
Радхика дрожала и бормотала что-то несвязное. Она была жива! Шайни подсел к ней и налил в чашку немного воды. Он приподнял ее голову и поднес чашку к ее губам, с облегчением увидев, что она пьет. Убрав чашку и флягу с водой в рюкзак, Шайни обнял Радхику, прижавшись к ней как можно сильней, надеясь, что его объятья дадут ей столь необходимое сейчас тепло.
Арджуна, не отрывая взгляда от огромного войска Кауравов, боевые порядки которого построил сам Бхишма, попросил меня выехать на колеснице вперед и встать посередине между двумя армиями, желая получше разглядеть всех собравшихся. Как только я это сделал, Арджуна внимательно разглядел лица дедов, дядьёв, наставников, братьев, сыновей и друзей. Он был потрясен, руки его задрожали и выпустили лук Гандиву. Арджуна сел на дно колесницы.
— Какую пользу обретет царство, и какие богатства оно получит, если прольется кровь моей родни? Я предпочту пасть от рук моих двоюродных братьев, чем сражаться против них! Я не желаю участвовать в битве!
«Хари-Хари, Хари-Хари, Хари-Хари». Голос гуру звучал в голове Радхики. «Никогда не забывай воспевать имя Господа! Хари-Хари, Хари-Хари, Хари-Хари». С каждым повторением голос становился все громче и громче. Ей казалось, что это песнопение происходит под аккомпанемент барабанов. Сознание находящейся в бредовом состоянии Радхики, приняло за барабанный бой шум вертолетных лопастей. Инспектор Сингх, в веревочной обвязке, спускалась вниз из пещеры Саптариши. Спасателей привел Шерпа Дорджи, который после встречи с Таараком совершил многокилометровый марш-бросок в поисках помощи.
У подножия Кайласа Радхику ждал Шайни в окружении шерпов. Освободив от веревок, они осторожно понесли ее к небольшому вертолету, который должен был доставить их в Дарчен, где находился центр неотложной помощи, финансируемый швейцарским фондом Нгари Корсум.
Когда вертолет пошел на взлет, перед Шайни открылся поистине захватывающий вид на Кайлас, на окружающие его горы и озера. Теперь стало совершенно очевидным, что шестиконечная символика этой великой горы верна. Пока он смотрел на гору сверху, воображение нарисовало Шри-Янтру, символ энергии, который можно было встретить в жоме практически каждого индуса.
Чем больше он смотрел на Кайлас, этот лингам, возвышающийся среди долин-йони, тем больше убеждался, что и шестиконечная звезда, и Шри-Янтра, являются символами творения, слияния Шивы и Шакти. Шайни даже показалось это забавным — Шива, олицетворяющий собой силы разрушения, изображен символом творения, действительно, Вишну и Шива — две стороны одной монеты.
— Это говорит твой Долг или твой страх? — спросил я Арджуну.
Он поднял взгляд на меня и, проигнорировав мои слова, сказал:
— Как я смогу выпустить свои стрелы в Бхишму или в Дрону? Всю жизнь взирал я на них с почтением, и были они мне примером во всем! Убив их, как Душа моя вынесет бремя такого гнусного преступления?
Улыбнувшись, я положил руку Арджуне на плечо.
— Истинные мудрецы, о Арждуна, никогда не скорбят ни о живых, ни о мёртвых. Подобно тому, как тело сбрасывает и надевает одежды, Душа обретает и покидает тела. Душа не может быть поражена твоими стрелами, ее не сжечь в огне. Душа не мокнет под водой, и не иссушается на воздухе. Зная, что Душа не может быть уничтожена, что она никогда не рождается и не умирает, о каком убийстве ведешь разговор? — спросил я погруженного в печаль воина.
Санджай Ратнани с сэр Хан сидели в «Rolls-Royce» последнего. «Серебряный фантом», собранный специально для сэра Хана, имел бронированный корпус. Пассажиры автомобиля были надежно защищены от пистолетных и автоматных пуль, а также от действия взрывных устройств.
