И хотя она убеждала садовника не торопиться растрезвонивать остальным слугам такую потрясающую новость, потому что сама еще не говорила с Берни, потому что сейн благоволит парню, и в Тайной страже он любимчик, и производство в офицеры далеко не предел его карьерного роста. У смиз Тайре было чутье на людей, кто знает, до кого Берни дослужится, а с Тайной стражей надо иметь хорошие отношения. Но садовник не удержался, слишком велик был соблазн. Синяя ведьма уехала, полковник целыми днями на службе, Берни чаще всего с ним, Кайте не выходит из своей комнатушки - у слуг случилось раздолье для сплетен про господ и все события беспокойного лета.
Молодой лейтенант тоже постепенно становился для них чужим, носит черную офицерскую форму, живет в гостевой комнате в господском крыле, чтоб всегда быть у полковника под рукой, бегает за ним как верный криллак. Даже обедал он уже не со всеми, а в полукруглой столовой, а после отъезда ведьмы бывает что и за одним столом с самим сейном и ассой Тадирингом. Нет, не их это человек, надо бы от него подальше.
Берни заходил в комнатушку к Кайте, собственно он имел право, даже обязан был следить за всем, что происходит в доме. Заставал ее спящей, или полусонной. Он даже вызвал лекаря, но тот сказал, что ничего страшного, девушке в ее состоянии необходимо больше отдыхать. Пристально рассмотрел самого Берни, отметил его неподдельную заинтересованность, и заявил,
- Молодой человек, Вы сейну кто, родственник?
- Нет, что Вы. Я его личный порученец.
- Вот как! Ну да, вы же в форме… В черном мундире, Вы невыносимо похожи на своего командира… Так, а теперь о деле, вообще-то, не ко мне уже надо обращаться. Я так понял, что она сирота, некому ей объяснять известные вещи. Так что пора подыскивать для нее опытную даму. И почему ваша…, - лекарь смерил взглядом Берни еще раз, - подружка сидит в такой духоте? Ей надо больше бывать на свежем воздухе. Прогулки по саду - самое подходящее. Я напишу рецепт, но это просто успокоительный и общеукрепляющий настои. Вы меня поняли, молодой человек?
Молодой человек понял, что он ничего не понимает в некоторых вопросах. Искать помощи у своей матери он посчитал излишним, и он обратился к смиз Тайре. Вот здесь для кухарки настал звездный час, ей доверились и доверили, и не что-нибудь, а будущего ребенка. Конечно, были какие-то странные моменты, но раз Берни сказал, значит, так оно и есть, и нечего сплетни разводить.
- Ну и что теперь ты собираешься делать? - спросила кухарка у лейтенанта. "Ах, как ему идет черная форма, просто глаз не отвести. И в кого он такой, интересно знать, но у его мамаши много кто побывал, здесь возможны и неожиданные варианты. Не просить же его показать свой родовой знак, право слово…"
- Как что? Что и нужно. Как только Кайте станет лучше, пойдем, куда надо и запишем все, что положено.
- А жить где вы будете?
- Как где, конечно здесь в моей комнате. Я имею на это полное право.
- А САМ что скажет?
- А что он скажет! Он меня сюда поселил, чтобы я всегда был на подхвате. Так я офицер, а не монах. Я на целибат не подписывался. Уж он-то, конечно, не думал, что всегда буду один. И это не какая-то девица с улицы, Кайте он знает. Нет, командир не будет против…
- А ведьма? Ведь она еще приедет.
- Мало ли кто к командиру в гости приходит, и все будут соваться в мою семейную жизнь? Она вообще здесь никто, ее в гости пригласили, вот о чем я должен думать в последнюю очередь, так это о ее визитах. Кстати, Кайте может жить здесь, и не работая, если она со мной…
- Берни, ну что ты разошелся, думаешь, я против, я только за. Я так за тебя рада, я за вас двоих рада. Если что надо, обращайся ко мне, я всегда помогу. А Кайте ты уже сказал?
- Да она все сонная. Я начинаю говорить, а она уже спит.
- Вот видишь, какой хороший отвар, меня еще бабушка травы подбирать учила.
Кайте пришлось открыть глаза, что-то ее разбудило. А вот опять, это малыш решил порезвиться. Интересно, это у всех так, или ей такой шустрый достался. Должно быть мальчик, если так ножками перебирает.
Пить, как же хочется пить. Кайте потянулась к чашке, но там оказался отвар. Нет, хватит, сколько можно спать. И так уже сколько проспала. А действительно, сколько? Зарядил обычный осенний дождь, не разобрать утро сейчас или вечер. Как здесь темно и сыро, а что же будет зимой? Она поднялась, оделась. На столике под салфеткой лежали мармеладки из вечерницы. Это Берни положил, наверняка. Берни, какой же он все-таки. Сладость вечерницы на языке… Вдруг захотелось есть, но не сладости. Захотелось илларьего молока и сыра, гномьего горного сыра. Странно, никогда он ей не нравился, а теперь… Теперь многое не так. Она и думает сейчас по-другому, ей нравится все другое, она даже видеть стала как-то иначе, то, чего раньше не было.
Она пробралась на кухню, смиз Тайре была на боевом посту.
- Смиз Тайре…
- Девонька, ты встала…тебе лучше? - Кайте схватила кувшин, в котором оставался настой утреницы с мятой и не найдя кружки стала пить прямо из него.
- Да…все в порядке. А нет чего-нибудь…
