Медленно открываю глаза, встречаюсь с его бездонным синим взглядом, в нем неподдельная тревога.
- Тебе плохо? Скажи что-нибудь!
Боль покидает тело, тает как кусочки сахара в горячем чае, на ее место приходит блаженство. Я сейчас отдышусь, оближу пересохшие губы и смогу ему ответить.
- Ш-што… случилось? Я стонала?
- Нет. Но ты тяжело дышала, и тебя покрыл пот. Честно, я испугался. Лекарь не нужен?
- Обойдусь! Я сама себе лекарь, мне просто кошмар приснился.
Я все еще у него на руках и меня укачивают как ребенка. От его поцелуя тают последние кристаллики боли. Но сон-пытка вытянул из меня все силы, я не в состоянии ему отвечать, я могу только принимать ласки. Но он не против, ему даже нравится расслабленное и кажущееся покорным тело, которое он наполняет блаженством другого свойства. А вместе с блаженством возвращаются и силы.
- Ну вот, и не нужен никакой лекарь, когда у тебя есть самое действенное средство.
- Тебе уже лучше?
- Однозначно, а если отнесешь меня в теплую ванну, то станет совсем хорошо.
- Думаешь, не донесу? Обижаешь! Ванна рядом, ближе некуда.
И когда мой мужчина справился и с этой задачей, мне в голову пришла очередная идея.
- А знаешь, было бы неплохо выпить кофе вдвоем.
- Да, сейчас скажу, и принесут кофе на двоих.
- Вдвоем в ванной.
- Однако, ты затейница. Тогда я схожу за ромом.
- Зачем?
- Ну как же, сегодня у нас ванна с кофе с ромом, - и он ушел, оставив меня блаженствовать в тепле воды.
Но уже через несколько минут заявился с рабочим выражением лица и пустыми руками:
- И где ром?
- Анна, планы меняются, кофе пьем у камина, приходи туда.
- С чего вдруг?
- У нас гости, твой заемщик долг принес.
- Что, полностью?
- Деньги не мои - не мне считать, - и ушел.
Мара уже наверняка там, потянулась на запах золота. А не буду разряжаться, пойду в халате, в конце концов - все свои. Накрутила на мокрой голове чалму из полотенца и направилась в каминную. Мара сидит под дверью, меня ждет. Торканы почему-то не видно. А сейны уже сидят за столиком и старший ром разливает.
- Ну и за что пьем с самого утра?
- За успешное окончание безумного действия. А именно взятия в долг, - и пинает сапогом тугой мешочек, - Сама пересчитаешь?
- Что? Все? И с процентами?
- С ними, как договаривались.
- Действительно получилось? Дай оценить.
Одрик лезет в карман, достает пару монет, одну передает мне, а другую кладет перед полковником. Монета как монета, эльфийская, новая, блестит. Калларинг разглядывает златник придирчивей, но ничего не находит.
- Похоже… Можешь, однако, - смотрит на Одрика уважительно. - Надеюсь, ты понимаешь, что этим увлекаться нельзя. Это фактически финансовая диверсия.
- Еще бы, - Одрик тяжело вздыхает.
- А жаль, - задумчиво произносит Мара.
- Мара, да что ты понимаешь банковских операциях?!
- Хозяйка, я же о тебе забочусь, у нас под боком ходячая золотая жила.
- Сказано "нет", значит "нет". Это был вынужденный момент.
- Ладно, дай хоть эти пересчитаю, можно?
- Начинай, - моя собачка припадает к мешочку и поглощает монетки с таким наслаждением, что даже начинает переливаться как елочная игрушка.
- Одрик, братик мой названный, а ты чего один без Торканы?
- Да здесь она, советуется с вашим декоратором по текстилю.
- Каким еще декоратором.
- Эльфийским.
- КАКИМ?! - мокрые волосы шевелятся и сталкивают чалму с моей головы, я наверно похожа на медузу Горгону.
- Дорогая, извини, ты сама не интересуешься персоналом, а я тебе не рассказал. В доме давно пора сменить гардины, покрывала, скатерти, а где-то и обивку. И у нас работает модистка по этому делу.
- Эльфийка что ли?
- Нет, северная ларийка, она обучалась у эльфийских мастеров.
- Так наверно дорого, своих надо иметь.
- Ты оказывается экономная. Да, она еще обучит шитью одну нашу горничную… - тут полковник понял, что сказал лишнее и стушевался.
- Это кого? - а волосы у меня не улеглись, так и стоят дыбом.
- Кайте, - он не стал прятаться.
- Она еще здесь?! - чувствую, что волосы высыхают без фена.
- В данный момент нет, она сопровождает мужа. Я командировал Беренгера на пару недель за Тадирингом посмотреть на илларей ферме. Тайная стража заботится о своих ветеранах, да и молодому лейтенанту надо проветриться. Берни живет у меня в гостевой комнате, и не вижу ничего удивительного, что молодые супруги хотят быть вместе.
Да, здесь мне крыть нечем, и хочется - а нечем. Как на это реагирует Одрик не видно, он опустил голову, вроде задумался. Не поднял он свой чудный взор даже, когда горничная принесла кофе со свежей выпечкой и со своими изумительными формами, у него ни один мускул не дрогнул. А вот сейну, как хозяину, пришлось отвечать, что всего достаточно и она может быть свободна. Надо будет под предлогом оформления интерьера дома ввести еще и новую форму для горничных, максимально строгую, фасончик я сама предложу.
Только Калларинг начал разливать кофе, как будто на его аромат, прилетела Торкана на своих каблуках, видать не разучилась еще на них передвигаться. В пустыне-то на каблуках не побегаешь, а тут опять нарядилась.
