Казалось, легенда имела над людьми особенную тайную власть, завлекая сознание в выплетенную кем-то старинную паутину фраз. Линдар и на себе ощутил силу древних слов. Его разум силился разобрать смысл, скрытый за фасадом фраз, каждая из которых имела некое сакральное значение, но тщетно.
– И что же, он правда существует? – спросил оборотень.
– Правда, - кивнул дварф. – Меч хранится в Храме Луны. Рагнатеран – могучий артефакт, непременный атрибут истинного властителя. Не корона, не скипетр, а Меч Защитника.
– Вот только когда мы его обнаружили, то были несколько разочарованы, – добавила Иргейл. – На поверку Рагнатеран оказался даже не настоящим оружием.
– То есть как это? – удивилась Айлонви.
Гвинбир затянулся и выпустил несколько колечек дыма.
- Меч-Читающий-Сердца оказался скорее изображением оружия, выполненным из неизвестного материала. Не камень, не дерево… даже не знаю что, – задумчиво ответил оружейник. – Он не был скрыт за печатями или погребён в камне. Он просто покоился на гранитном саркофаге в одном из многочисленных внутренних святилищ. На древне-энферийском на плите было выбито его имя. Маги и жрицы смутно ощущают его спящую силу. Ошибки быть не могло – это и был Рагнатеран. Правда выглядит он как самый обыкновенный клеймор, весьма, должен сказать, кустарной выделки. Да только поднять его одному человеку просто не под силу. Многие пытались, да из таких, кто силушкой от природы не обделён. Так вот он и спит там, и ждёт…
– Нда… Что избранник, что клинок – не ахти вышли у легенд воплощения, – невесело усмехнулся Линдар.
– Даже не начинай при мне об Энсору, – фыркнула Иргейл. – Я скорее издохну, чем назову этого орденского прихвостня моим лордом-властителем. Генералу Брейону бы, по-хорошему, перестать изводить и себя, и окружающих, да и заявить уже о своих правах на трон!
– Ну будет тебе, Ирг, – дварф положил тяжёлую ладонь ей на плечо.
– Ничего нового я не сказала, – заявила воительница и залпом осушила кружку. – Ему и Совет про это твердит, да только всё без толку!
Гвинбир задумчиво покачал головой, не развивая тему, и продолжал:
– Возвращаясь к Рагнатерану, некоторые историки вообще склоняются к мысли, что его роль, как оружия, скорее символ, чем его прямое назначение. Но у нас поговаривают, – он понизил голос, - что сама госпожа Амила Лунносветная избегает касаться клинка. В ней ведь кровь демонов течёт… Да я бы и сам его трогать не стал, учитывая, что согласно легендам, аль-итланцы покровительствуют только людской расе.
– Вы так верите в силу каменного… или какого там… изваяния, – пробормотала Айлонви.
– Райдан наш – генерал Брейон, то бишь – тоже однажды спускался в святилище, – ещё тише добавил дварф. – Только однажды. Чем закончилась его встреча с Мечом, никто не знает. Но, видимо, произошло там нечто такое, что оставило в нём неизгладимый след. Он и раньше на энферийский трон не метил, а с тех пор ещё более рьяно отказывается от титула правителя. Этот вопрос уже не раз поднимался на Айриасском Совете, как и сказала Ирг, но без толку.
– А только ли в Мече причина? – осторожно, боясь спугнуть откровенность собеседника, уточнил Линдар.
Иргейл мрачно покачала головой. Гвинбир некоторое время молчал, не то собираясь с мыслями, не то и вовсе передумав говорить. Когда выпущено было уже с добрый десяток дымных колец, он негромко проговорил:
– Много тут причин, Ночной Охотник. Долго, слишком долго мы воюем с Чёрными, присвоившими себе кровь земную, чтобы питать иллюзии или недооценивать нашего противника.
«Кровью земной», как успел понять Линдар, энферийцы называли текущее в их земле дикое волшебство, некую энергию, дававшую жизнь всему здесь и населявшую эту страну чудесами.
– Единый Орден опасен, почти непобедим, но не столько даже благодаря Силе, дарованной Богиней, сколько благодаря
