Как бы то ни было, думал он больше о собственной безопасности, забывая о крупных неприятностях, грозящих всему управлению. Может, глобальные неприятности прятались за собственной виной и оттого генерал внутренне не мог принять их на свой счет или хотя бы как-то разделить ответственность?
В этом случае воображение преобладало над знанием.
В карман к издыхающему Гиббону Сергей не полез — денег было достаточно, чтобы пару-тройку дней не попадаться на глаза московской милиции. Все оперативники оказались людьми состоятельными. Служа отечеству, зарплату, видимо, получали в валюте. Рублей в бумажниках — не хватит на проезд на автобусе, зато долларов — в среднем подвести в каждом портмоне. Ресторан на Тверской — самое удобное место, чтобы прийти в себя и отдохнуть, место, где богатые посетители больше озабочены своими персонами, официанты — деньгами клиентов, милиция — кошельками проституток.
Перевязав кровоточащую руку носовым платком и скрыв перевязку под манжетой рубашки, Сергей окончательно привел себя в порядок в туалете ресторана. Небрит — это даже хорошо. Излишне бледен — известный признак аристократичности.
Полусладкое красное вино, исходящий соком шашлык довершили начатое, и Марк буквально почувствовал прилив сил. В половине двенадцатого, подмигнув проститутке, разрешил увести к себе. И там, в маленькой однокомнатной квартире в Мамоновском переулке, приняв ванну, он растянулся на широкой двуспальной кровати.
Девушка представилась Ингрид — вряд ли ее звали так на самом деле, но класс явно европейский. Невольно округлив глаза на едва затянувшиеся шрамы клиента и свежую рану на запястье, она немедленно дождалась ответа:
— Подружка попалась темпераментная. Сможешь повторить?
Ее Марк выбрал потому, что она не навязывалась к клиентам, не говорила пошлых и глупых фраз вроде:
«Останешься доволен», «Не пожалеешь» — ждала, когда ее заметят. Не совсем верная тактика, но сегодня она ее не подвела. И деньги получила фирменные — «от сотрудников Федеральной службы безопасности».
— Я сделаю наоборот, — пообещала «немка», заодно отвечая на вопрос клиента. — Я буду нежной.
— Да, будь нежной, — попросил Сергей.
Последний раз Марковцев пользовался услугами проститутки лет шесть назад в Таллине. Тогда он перебрал со спиртным и наутро помнил только атласную грудь, бедра… Кажется, что-то отдаленно похожее на секс произошло в ванной.
А вот последний раз к нему были нежны… Подсчитать оказалось делом трудным, цифры перед глазами поплыли, затылок зажгло, по телу пробежала волна кайфа, и Сергей успел подумать: «Так я быстро «озябну». Впрочем, к чему показывать себя альтруистом?» И он расслабился…
«Да, секса в нашей стране как не было, так и нет. На этот раз утром я вообще ничего не вспомню», — подумал Марк и уснул.
Проснулся он, как ему показалось, тут же, однако настенные часы показывали начало девятого. «Немка» сидела рядом на кровати и мягко касалась ладошкой его плеча. На ее голове тюрбан из полотенца, на плечах махровый халат, руки пахнут кремом, лицо в веснушках.»
— Ты не сказал, во сколько будить тебя. Уже восемь.
— Я вижу. — Сергею захотелось притянуть ее к себе, поцеловать — хотя бы за ее домашность, свежесть, за отсутствие вульгарности на лице, просто за приют, хотя и оплаченный. — Я позвоню от тебя?
Она молча перенесла на кровать телефон и деликатно удалилась на кухню.
Сергей набрал номер Скворцовой. Перед тем как поздороваться и назвать ее по имени, перегнулся посмотреть, закрыта ли дверь на кухню. Отчего-то пришла мысль вообще не называть Скворцову по имени — просто поздороваться.
— Привет. Не разбудил?
Он не боялся прослушки — слишком короткий срок прошел с момента его побега. Прослушивание разговоров вещь дорогая, хлопотная, сразу «жучок» не поставишь. Если Катя «на измене» у своих коллег, вначале у ее дома в Барабанном переулке выставят наружное наблюдение. Как его выставляют и как уйти от «хвоста», Сергей знал на «отлично».
— Котенок, не разбудил, спрашиваю?
Нет, наверное, вчера он много выпил или откровенно заспал тот факт, что для Скворцовой он по-прежнему находится в Лефортове.
— На том же месте в тот же час, — он быстро закончил разговор, положил трубку и снова набрал номер, на этот раз он звонил в Дагестан Шамилю Наурову.
На кухне Сергея ждал легкий завтрак, чашка горячего кофе. Не хотелось думать, что «немка» отрабатывает его деньги, но мысль эта занозой сидела в памяти. Закончив завтрак, Марк сказал:
— Возможно, та страстная подруга, которая исполосовала мое тело, станет искать меня. Темперамент, что поделаешь. Ты меня не видела, договорились? Иначе она и тебя исполосует.
Марковцев назначил встречу на Кузнецком Мосту. В столице не жарко, и Катя вышагивала рядом с Сергеем в открытых туфлях на высоких каблуках, вязаной льняной кофте и джинсах.
