- Расслабьтесь и успокойтесь, - приказал ей Инамури. - Вы очень расслаблены и спокойны. Вот это уже лучше. Расслабленная... спокойная... в глубоком естественном сне. Джоанна, вы не могли вспомнить все те черты характера вашей мамы, потому что никогда не знали их. И вы никогда не знали их, потому что Элизабет Ранд никогда не существовала.
- Моя мама - Элизабет Ранд, - произнесла Джоанна одеревеневшим голосом.
- И Роберт Ранд никогда не существовал.
- Роберт Ранд - мой отец.
- Нет. Они никогда не существовали, Джоанна. Так же как и кухня, и квартира в Лондоне. Я хочу, чтобы ты свободно плыла во времени. Я хочу, чтобы ты плыла по течению времени. Вы ищете особенное, уникальное место, очень важное для вас. Вы разыскиваете комнату, сильно пахнущую антисептиками... и дезинфектиками... время, когда вы находились в этой комнате... Вот вы нашли ее... вы плывёте к ней... плывёте в то особое время и место... устраиваетесь в нём... и вот вы там, в той комнате.
- Да, - произнесла она.
- Вы сидите или стоите?
- Лежу. Я голая.
- Вы находитесь на кровати?
- Я голая лежу на кровати.
- Что вы чувствуете?
- Н-напугана.
- Чем?
- Я... п-привязана.
- Фиксирована?
- О, Господи! Мои икры и запястья.
- Кто сделал это с вами?
- Ремни сильно затянуты. Они давят.
- Кто сделал это с вами?
- Я чувствую запах нашатырного спирта. Сильный. Меня тошнит от него.
- Джоанна, оглядитесь вокруг.
Она подняла голову от кресла, на котором полулежала, и послушно осмотрелась слева направо. Она не видела Алекса или приёмную. Сейчас она существовала в другом времени. Прозрачная пелена недель, месяцев и лет в её затравленном взгляде, казалось, мерцала как навернувшиеся слезы.
- Что вы видите? - спросил Инамури.
Она опустила голову, закрыла глаза.
- Что вы видите в той комнате?
Она издала странный гортанный звук.
Инамури повторил вопрос.
Джоанна снова издала этот особый звук, затем ещё раз громче. Она дышала очень тяжело, с одышкой. Внезапно её глаза широко открылись и стали закатываться до тех пор, пока видимыми не остались только белки. Она попыталась поднять от подлокотников руки, но для неё они были несомненно привязаны ремнями. Она билась, и одышка становилась все хуже и хуже.
Алекс вскочил.
- Она не может дышать!
Джоанна стала неистово дёргаться и извиваться, как будто через неё пропускали сильные разряды электрического тока.
- Она задохнётся до смерти!
Закричав, как будто чувствуя её боль и страх, Алекс подскочил к Джоанне.
- Не касайтесь её, - произнёс Инамури.
Тихая властность и уверенность в голосе доктора остановили его. Алекс стоял над Джоанной и, дрожа, смотрел вниз на неё. Он никогда не чувствовал себя настолько беспомощным, как в этот момент.
Инамури молча встал с другой стороны её кресла. Он с интересом, но без явного сочувствия наблюдал её болезненные конвульсии.
Пустые глаза Джоанны вылезли из орбит. Её лицо было красным, переходящим в фиолетовый. На губах блестела пена. Она все ещё тяжело дышала, задыхаясь, корчась от боли и судорог.
- Ради всего святого, помогите ей! - произнёс Алекс.
Инамури сказал:
- Джоанна, вы сейчас успокоитесь и расслабитесь. Расслабляйте мышцы горла. Напряжение вытекает из вас. У вас нет никаких затруднений с дыханием. Совсем никаких затруднений. Дышите медленно... глубоко... глубоко... ровно... очень расслабленно. Вы находитесь в глубоком, естественном сне... спокойном сне.
Волшебство слова подействовало. Она успокоилась. Её глаза вернулись на своё место, она закрыла их. Она снова дышала нормально.
- Что это была за чертовщина? - спросил Алекс.
Доктор коснулся лба Джоанны.
- Вы слышите меня?
- Да, - произнесла она.
- Я собираюсь рассказать вам, почему у вас были проблемы с дыханием. И когда вы осознаете, вы никогда уже впредь не позволите случиться такому.
- Я не могу контролировать это, - произнесла она.
- Нет, вы можете, - уверенно сказал доктор Инамури. - Вам было трудно дышать только потому, что вам сказали, что так будет, если вас когда-либо начнут подробно расспрашивать, даже под воздействием наркотика или гипноза. У вас постгипнотическое внушение, которое заставляет вас задыхаться, когда я касаюсь запретной темы.
Джоанна нахмурилась.
- Это то же самое, что было причиной моей клаустрофобии.
- А теперь, когда вы осмыслили это, вы больше не позволите такому случиться, хорошо?
- Вот гады, - произнесла она.
- Ну так как, Джоанна, позволите вы случиться этому снова?
- Нет.
- Хорошо, - сказал Инамури.
Он вернулся в своё кресло.
Алекс продолжал стоять около Джоанны. Она была такой бледной. Это беспокоило его. Обращаясь к Инамури, он сказал:
- Может быть, не стоит продолжать?
- Это совершенно безопасно, - сказал доктор.
Алекс колебался, но в конце концов присел на краешек своего кресла.
- Я не уверен.
- Я в порядке, Алекс, - произнесла Джоанна тем же слегка глухим голосом, каким она отвечала доктору.
Инамури начал снова.
- Джоанна, вы все ещё в комнате, в которой невыносимо пахнет антисептиками и дезинфектиками.
