Может быть, наша бессмысленная гиперсексуальность имеет смысл. Мы, сами того не осознавая, и здесь ищем транса, во время которого с нами заговорят наши музы. А бессмысленность наших отношений возникает просто потому, что мы заполняем «воронку бесконечности» партнером и его мнением о нас, которое подменяет мнение Бога.
При чем здесь боль, которую испытывали шаманы «сан»?
Как известно, активность сексуальных партнеров имеет свои максимумы, которые становятся болезненными проявлениями. Может быть, в боли, которую испытывает шаман, стоит поискать корни сексуальных извращений, в первую очередь вечной пары садист-мазохист?
Садист, не осознавая этого, упорно пытается повторить исторически более позднюю роль жреца — он пытается стать причастным к вечности, используя для этого боль жертвы. Ведь само слово «жертва» религиозного происхождения. Животного или человека приносили в жертву для того, чтобы их предсмертный крик стал дорогой в вечность для жрецов и участников ритуала.
Мазохист тогда — всего лишь забывший о богах прирожденный шаман, променявший свой дар на чувственное удовольствие: он пытается прорваться к бессмертию, нанося, как шаман, раны самому себе.
И оба они перепутали понятие счастья, связанное с выходом за пределы самого себя — в реальность богов, с удовольствием, которое способны вызвать их собственные тела.
Мы начали эти рассуждения с того, что вспомнили мысли Николая Бердяева. Будет несправедливо, если в этой главе мы не упомянем книгу «Смысл жизни» другого русского философа Евгения Трубецкого.
Попробовать передать суть размышлений о смысле жизни обоих этих философов можно следующим утверждением: смысл человеческой жизни заключается в том, чтобы повторить главное деяние Бога, известное нам — создать или сотворить свой собственный мир.
В этом заключена трансформация образа божьего, который, согласно Новому Завету, дан каждому от рождения, в подобие Бога.
В этом и состоит наш долг.
Но для того чтобы осознать свой долг и осмыслить свое собственное индивидуальное направление творения мира, нужно как минимум научиться снова слышать Бога.
Карл Юнг когда-то писал: «Подлинная вера заключается в прямом и непосредственном общении с Божеством». Никакой другой веры и не бывает. Все остальное лишь следование за теориями и концепциями, созданными людьми и «закупоривающими» «точку Розанова».
Юлиус Эвола писал: «Мы уже не способны верить, мы верим лишь в того, кого считаем верующим. Мы уже не способны любить и любим лишь того, кто любит нас. Мы не знаем, чего хотим, и хотим лишь того, чего хочет кто-то другой...
Мы уже не способны видеть ничего, кроме того, что уже было увидено глазами машины (кинокамеры. —
Да потому что мы убили своих богов. Прямое общение с тем, что мы называем разными словами: вера, гениальность, смысл жизни, — для большинства живущих на планете превратилось в явную психопатологию. Об этом точнее всех заявил в конце первой главы своего «Заратустры» Фридрих Ницше:
«Мертвы все боги, теперь мы хотим, чтобы здравствовал сверхчеловек».
Именно результатом провозглашенного Ницше отношения к жизни и стали все те подмены и уклонения, о которых столько сказано в этой главе.
Что же нам делать?
Бог — понятие, связанное с вечностью. Это начало бессмертное. Человек может лишь убить бога в своем индивидуальном сознании.
Это значит, нужно учиться оживлять богов. Это смогли сделать люди, которых мы считаем гениальными. Все упражнения этой книги посвящены... реанимации чувства божественного в человеческой душе.
Беседа вторая
«Эврика». Дарвин и «даймон» Сократа
Как интересно и увлекательно быть зрителем в театре наших собственных фантазий... Только здесь мы с вами вместе можем помечтать о будущем, о какой-то иной «настоящей» жизни. Но какую именно жизнь мы так называем? И где находится эта жизнь?
Если мы никак не можем ощутить ее присутствие в повседневной реальности, то, вполне возможно, она ждет нас Там, за тайным порогом смерти...
Или все-таки настоящая жизнь здесь, рядом с нами, а мы, мечтая о ней в постели перед сном, просто запрещаем себе вспоминать о грезах при свете дня?
Что-то случилось с нами всеми независимо от образования и рода занятий, и результатом случая стала... скука как основной симптом нашей сегодняшней жизни.
Вокруг огромное количество развлечений, но ведь скучно даже тем, кто только этим и занят. Можно сказать точнее: скучно развлечения потреблять.
Когда-то великая романтическая идея, которая вела нашу страну, сама собой исчерпалась, ее инерция закончилась, пружинка сломалась. И мы с вами живем в смутные времена, когда самым главным развлечением в жизни стало потребление.
Мы ведь живем только ради того, чтобы покупать — предметы, женщин, эмоции. Не удивляйтесь. Чем же, например, являются водка, экстремальные виды спорта, наркотики или «официальные» антидепрессанты, если не покупкой эмоций за деньги?
