Наука управления не пыталась разобраться в мыслях царя Соломона или Ильи Пригожина, она пыталась и пытается сделать мир бизнеса предсказуемым и управляемым логикой. Но любой реальный руководитель рано или поздно начинает чувствовать, что реальное управление — это не использование наборов методов, а непрерывное решение проблем, предвидеть которые не в состоянии ни одна теория. Маленький неучтенный факт — болезнь ребенка у одного из сотрудников, например, — запросто обесценивает любую тщательно выстроенную рациональную стратегию. Выработка тактики и стратегии бизнеса превращается в интуитивный процесс. Никакой объем аналитической работы не может дать гарантии правильности сделанного выбора.
Для того чтобы менеджер мог принять решение, ему необходимо иметь полную информацию о проблеме, а это невозможно. Истина, как это часто бывает, оказывается скрытой не в теории, а в анекдоте. Вот, например, некоторые из юмористических принципов Мерфи: «1. Каждый может принять решение, располагая достаточной информацией. 2. Хороший руководитель принимает решения в случае нехватки информации. 3. Идеальный руководитель действует в абсолютном неведении».
Интересно, что никому и никогда не удалось выяснить, какими именно чертами и качествами должен обладать идеальный менеджер. Многочисленные перечни, приведенные в разных руководствах, по сути своей противоречат друг другу. Майкл Флад писал: «Если мне и удалось в чем-то убедиться за 40 лет профессиональной карьеры, так это в том, что мало кто из преуспевающих менеджеров, с которыми мне довелось познакомиться, походил характером и стилем работы на своих коллег: одни поддерживали безукоризненный внешний вид, а другие одевались всегда небрежно; одни стремились к общему согласию, а другие предпочитали диктовать свою волю; некоторые были превосходными ораторами, а иные не могли связать и двух слов, одни пользовались любовью подчиненных, а другие заставляли своих сотрудников трепетать от страха. Единственным общим знаменателем руководителей, который мне удалось для себя выяснить, было полное отсутствие какого-либо общего знаменателя».
Но и сами удачливые топ-менеджеры не в состоянии объяснить своих технологий, и происходит это потому, что единой технологии в принципе не существует.
Главной способностью этих людей, на мой взгляд, является умение доверять... собственной гениальности. Это означает, что каждый из нас способен почувствовать, на какие именно аспекты бизнеса нужно направить энергию интереса и сопутствующий ей упорный логический анализ. Точно так же мы способны ощутить момент, в который учесть все действующие факторы невозможно, необходимо прекратить упорную аналитическую работу, отвлечься, переключиться, положиться на волю случая.
На это способен каждый из нас. Но мы не доверяем своим бессознательным ощущениям и, в зависимости от наших личных склонностей, злоупотребляем или первой, или второй стороной процесса. Либо пытаемся анализировать то, что анализу не поддается, либо полностью расслабляемся и пускаем все на самотек.
Мы не понимаем, что «беспечность» удачливого менеджера — это своеобразная форма активности сознания. Электрон, заряженный энергией интереса, должен продолжать свой полет по выбранной орбите в ожидании «квантового скачка», или прорыва. Человек должен научиться лишь предоставлять собственной гениальности или творцу свободу в его осуществлении. Покорность всегда скрывает в себе активность энергии интереса.
Мой пациент испытал состояние, которое сам назвал «покорностью» и даже «полным отсутствием мыслей», но несомненно, и в этот миг в его психическом мире продолжал свой полет его главный интерес — он по-прежнему страстно хотел жить! Каким-то похожим состояниям сознания Аристотель учил, наверное, великого Александра.
Так что всегда модные формы «беспечности» в виде водки и кокаина здесь не годятся. Любое опьянение переводит электрон души на более низкую, «животную» орбиту: «вел себя, как животное», говорим мы. Наркотик обрывает полет интереса к делу.
Он подменяет одну энергию интереса другой. Вместо интереса к проблеме возникает интерес... к самому опьяняющему веществу: к беспечности ради самой беспечности. Ловушка кроется в том, что оба состояния внешне схожи: состояние покорности творцу можно описать как состояние опьянения проблемой, которая интересует личность. Так, курение табака внешне схоже с состоянием сознания шамана.
Удачливый менеджер, даже находясь в состоянии «беспечности», продолжает слышать свои ощущения, понимать их, вести с ними диалог, то есть доверять им. Собственно говоря, это и есть интуиция. Многие легендарные топ-менеджеры понимали это, а когда им казалось, что они не могут доверять собственным ощущениям, то они делали то же, что делали и Цезарь, и Македонский: обращались к прорицателям и гадалкам.
