— А никому в голову не пришло, что дочери для ям являются великой ценностью и что жену и дочь нужно спрятать? — зло рявкнула Стеф, швырнула корзину и побежала к выходу. — Алло, Егор, ты понимаешь, что он может забрать свою дочь в любую минуту. Их нужно перевезти и спрятать. Мои люди уже готовят безопасное помещение.
После звонка Стефании Малинин несколько секунд сидел и пытался сообразить, как можно было так промахнуться и не обратить внимание на то, что у него под носом.
— Унге, ты где? — спросил Малинин, как только девушка ответила.
— Я, — голос Алас был повреждён помехами, — дома у сестры Дениса.
— Унге, я попросил питерских коллег, они сейчас подъедут и побудут с вами, пока не приедет группа для транспортировки семьи Нерея в безопасное место. Будь всё время с ними. Никому не открывать. Группа подъедет, я тебе фото скину. Всё время будь на связи. Поняла?
— Да, Егор Николаевич, не волнуйтесь.
Малинин вышел на воздух и увидел, как возле входа паркуется полицейский УАЗ.
— Мужчины, спасибо, — Медикамент выбрался наружу, помог выйти Варе и, подхватив сумки, пошёл навстречу Малинину. — Егор, много интересного с собой привёз.
— Пожрать? — Малинин покосился на сумки.
— Нет, я в плане информации, — усмехнулся Денис. — Погоди, сестра звонит, — доставая телефон, он продолжил: — Хорошо, что я на осмотр остался, такое началось, — он передал Малинину пакеты и ответил. — Да, как у вас дела? Сейчас спрошу, — Медикамент повернулся к Малинину. — Егор, а когда Унге приедет к ним?
Малинин несколько секунд молча созерцал лицо Дениса, потом начал мрачнеть, как тучи, сгущающиеся на горизонте, пакеты выпали у него из рук, по ступенькам покатились продукты, а Егор спешно набирал номера, что-то кричал в трубку Стеф, а Денис при этом слушал, как на другом конце провода в квартире его сестры бьётся посуда, плачут дети и слышится грохот. Скоро стихия эмоций утонула в громовом раскате, к порогу подъехала машина Стефани, в поликлинике мигнул и погас свет, пространство погрузилось во тьму.
Ветер к утру стал усиливаться, тонкое оконное стекло дребезжало от порывов в рассохшейся деревянной раме, издавало противный скрипящий звук и казалось вот-вот послышится звон разбитого окна. Малинин сидел за столом, смотрел перед собой пустым взглядом и изредка вскидывал голову, когда кто-нибудь окликал его по имени:
— Егор! — услышал он окрик сквозь тяжёлую завесу мыслей.
— Что? — Малинин посмотрел на Лашникова.
— Телефон у тебя надрывается, — Игорь кивнул на аппарат, лежавший на столе.
— Слушаю, — глухо проговорил Егор, увидев незнакомый номер.
— Егор, это Касаткин, — отрывисто сказал начальник.
— Номер не узнал, не сразу понял. Рано что-то.
— А мне, знаешь ли, не спится! — рявкнул Касаткин. — Номер он не узнал! Меня из постели выдернули, так что я только портки успел натянуть, не то чтобы телефон найти. Мне, Егор, когда в четыре утра звонят из полпредства, а потом два часа возят мордой, проходясь по всем моим регалиям и достоинствам в крайне уничижительной форме, я потом спать перестаю. Чтобы сегодня был у меня, — Касаткин задумался, — в четыре дня.
— Я не могу…
— Малинин, — Касаткин, не стесняясь в выражениях, расписал Егору, что с ним будет, если тот не приедет на доклад. — Забудь правила своей волшебной страны, где ты живёшь в последнее время. Я тебя не на пиво позвал, чтобы ты не смог. Егор, это приказ.
Не меняя выражение лица, Малинин долго смотрел на телефон, потом положил аппарат на стол и снова задумался. После вчерашних событий, никто ещё даже не думал ложиться спать, у каждого нашлось своё молчаливое дело, и только когда звонила Унге, которая руководила осмотром места происшествия в квартире сестры Дениса, люди замирали и прислушивались к новостям.
— Я в Питер, — сказал полковник через некоторое время вслух. — К вечеру вернусь.
Стефани, сидящая за столом неподалёку, покивала и вернулась к графикам, скачущим на экране.
— Давай попробуем эти цифры подставить, — тихо сказала подошедшая Софья, выкладывая перед Стеф несколько исписанных листов бумаги.
— Хорошо.
— Что вы делаете? — Береговой оторвался от переписывания протокола и устало протёр слегка отёкшее от усталости и недосыпа лицо.
— У девушек возникла интересная мысль, — Стеф быстро вбивала данные, — сейчас пытаемся связать места убийств с градусной сеткой на карте области.
— Зачем? — нахмурился Лашников, пересматривающий заявление о пропаже людей.
— Вполне возможно, так мы сможем наглядно посмотреть, что там находится. Смысл ритуала не только в том, чтобы пролить кровь, — Стеф закончила с длинным рядом цифр и запустила программу. — Обряд нужен как для привязки индивидуума к большому коллективному организму той или иной системы, так и для усиления каждого последующего действия.
— А! — воскликнул Береговой. — Ни черта не понял.
Варя Мечина оторвалась от бумаг и, глянув на лицо Стефани, решила объяснить сама.
