— Утречко доброе, вы в номере прибраться хотели? Не стоит, я только заехала, сейчас к своим смотаюсь в деревню и потом дальше поеду, вот с утра и приберёте, — скороговоркой проговорила она.
— Когда вы заселились?
— Так с утра с самого, — развела руками женщина, потом быстро закрыла дверь и пошла по коридору.
Варя бросилась по коридору к администратору, на ходу набирая номер Стефани.
— Девушка, девушка! — добежав до стойки ресепшен, Варя стала колотить по лаковой потрескавшейся поверхности.
— Что вы орёте-то так? — спросила администратор, появляясь из бокового коридора. — Здесь же люди отдыхают.
— Вы сказали, что ребята, которые с нами приехали, ключи сдали и съехали?
— Ну да, они ж вам звонили, — закидывая в рот конфету, пожала плечами барышня.
— Стоп! Уехали не все, но в номере, где жил молодой человек с девушкой, уже кто-то живёт, — нервно сказала Варя.
— Ну да, тётка утром заехала. Сразу после них, там номер свежий был, я и пустила.
— Но девушка оттуда не съезжала, — хлопнув по стойке ладонью, проговорила Варя и взглянула на открывшуюся дверь гостиницы. — Стефани, Лизы в номере нет, этот номер вообще другому человеку сдали уже.
Стеф с Данилой остановились на пороге, переглянулись, и Данила бросился наверх по лестнице.
— Вы куда? Там закрыто, — в сердцах крикнула администратор.
— Девушка, которая жила в том номере, сдала вам ключи и куда-то ушла? — спросила Стеф администратора.
— Не, — та отрицательно помотала головой, и на голове барышни заскакали мелкие кудряшки, — я поднялась по делам, увидела, что ключи в двери, заглянула — в номере пусто, вещей нет. Ну вы ж номер-то оплатили, я и подумала, что ключи забыли сдать.
— Тебе Лиза позвонила и сказала, что не поедет с нами? — напряжённо спросила Стеф у Данилы.
— Нет, она месседж кинула, — глухо ответил Морозов и достал телефон. Вот: «Мне нездоровиться, я, пожалуй, ещё посплю».
— А она собиралась с тобой ехать? Или, когда уходил, ещё спала? — спросила Варя.
— Дремала. Поэтому я не пошёл проверять, будить не хотел. Камеры в гостинице есть? Как ещё можно выйти из здания? — быстро спросил Данила, глядя на сотрудницу отеля.
— Ну, камеры две, что ли, есть, — она нахмурилась. — Второй выход тоже есть, но всё равно здесь надо пройти мимо меня.
— Но вы же отсюда отлучаетесь, не привязаны же к месту, — сказала Варя. — Телефон у Лизы…
— Выключен, — отрезал Данила, вытаскивая из рюкзака ноутбук и набирая номер на телефоне.
— Что случилось? — к собравшимся подошёл Лашников.
— Вроде как Лиза пропала из гостиницы, — Варя покачала головой.
Данила вдруг нахмурился, присмотрелся к монитору и прочёл вслух:
«Данила, не ругайся, у меня возникла одна идея, и я хочу её воплотить в жизнь. Я совсем скоро вернусь, прости, но не могла сказать раньше, пишу тебе, чтобы ты не беспокоился».
— Спасибо, теперь мы все не беспокоимся, — сквозь зубы проговорила Варя.
— Что думаешь, Данила? Где она может быть?
— Ну, это в Лизином характере, — Данила бессильно опустился на кресло, — меня такие внезапные озарения с ума сведут.
— Отлично, раз мы выяснили, что она вне опасности, то нужно срочно ехать к товарищу, который где-то вчера Малинина потерял. Он уже с утра лыка не вяжет, поэтому нужно как-то попытаться его застать трезвым. О Егоре Николаевиче никто со вчерашнего дня не слышал, — проговорила Варя.
— У нас машина только моя, — Данила поднялся и огляделся, — кому-то нужно здесь остаться, Лизу подождать. И передать ей от меня пламенный привет.
— Я останусь, — вызвался Лашников. — Всё передам, и мы вас здесь дождёмся.
Денис до следующего дня бродил по своему «кабинету», постоянно косился на почти пустой литровый кофейник и пытался выпутаться из липкой паутины сонливости, изредка заставлял себя заняться работой, но потом снова вставал и мерил шагами пространство. Он прекрасно понимал, что сейчас необходимо просто лечь и уснуть, чтобы хоть немного освежить мозги, иначе дальше будет только хуже. Но он просто не мог заставить себя закрыть глаза. При всей своей прагматичности, Денису почему-то казалось, что если он сейчас отключится, то хрупкий мостик надежды на возвращение родных просто рухнет. Денис не привык пускать в своё внутреннее пространство даже близких людей, а тем, кто его плохо знал, он всегда казался просто циничным острословом, играючи идущим по жизни. Но всё было совсем не так, хотя Медикамента устраивало то, как о нём думает большинство. Не любитель шумных компаний и задушевных разговор, Денис давно натянул искусную маску, и сейчас она очень помогала работать дальше и не отвлекаться на сочувствия или переживания.
Телефонный звонок вывел его из дремотного состояния, и Денис, покосившись на незнакомый номер, буркнул:
— Да.
— Это врач из больницы, мы сегодня с вами столкнулись в ординаторской.
— А, помню, — недовольно проговорил Денис. — Что хотели?
— Вы у моего коллеги спрашивали про карвинг.
— Было дело. Знаете что-то?
