Что ж, настал судный час, ведь задавив Напукона, огр так или иначе поднимется... и Хастред что было сил хватил огра топором в переносицу. Великан с глухим рокотом закрыл лицо ладонью, удар страшной силы пришелся на нее, и указательный палец, попавший под раздачу, с хрустом отделился от ладони. Огромный, едва ли короче и тоньше целой хумансовой руки, отросток шлепнулся на камни по соседству, вырвав из огровой туши новый приступ завываний. Неожиданно жиденькая темная кровь ударила из обрубка фонтаном, вызвав удивление — Хастреду почему-то казалось, что у такого здоровилы кровь обязана быть густой, что твой кисель.
В боковом зрении Хастреда мелькнула яркая вспышка, он интуитивно поворотился в ту сторону (и огр тоже, сложно было не обратить внимания). Оказалось, что это снова вырос над транспортным кругом цилиндр белой энергии, а потом скрюченная, так и не поднявшаяся с колен фигура мага нырнула в него и пропала со свечением вместе.
Так-так. Крысы бегут с корабля, пользуясь наиболее эффективными методами.
В негодовании от такого предательства Хастред снова развернулся к огру и со всей мочи, унаследованной от несокрушимого Гого, рубанул великана топором в лоб.
Огр снова метнул покалеченную руку под топор и поплатился еще одним, на этот раз средним пальцем, а также раскроенной кожей на макушке. Кожей! Рассказать кому, что едва разрубил двуручным топором кожу — на смех поднимут же.
Что ж, понемногу снимая стружку можно и такую секвойю обстругать, поразмыслил Хастред оптимистично и махнул еще разок, уже чувствуя, что мышцы начинают задыхаться, но еще пылая в груди боевым азартом. Не так уж редко случалось выезжать на одной лишь силе духа, когда сила тела уже делала ручкой и отправлялась отсыпаться.
И на этот раз получилось так себе — огр снова пихнул руку вперед, ухватил топор за древко под лезвием и дернул с такой силой, что... Ну, можно было бы, конечно, предположить, что не отпусти Хастред топор — он оторвал бы половину, невзирая на стальные полосы-лангеты, охватывающие древко для вящей прочности. Но скорее всего древко бы выдержало, а вот сам Хастред со всем своим достоинством и дополнительным весом доспеха улетел бы через все плато, а вернулся бы уже после финальных титров. Так что разумным показалось топор выпустить. Не то чтоб прямо разумным, какое бывает разумное — например, не присаживаться нос к носу с бешеным барбосом, чтоб на него потявкать — а скорее меньшим злом. Книжник разжал пальцы, и верный его топор, по широкой дуге запущенный огромной огровой лапой, мелькнул под ярким мартовским солнцем и усвистел в белый свет как в копеечку — поверх обрушенных стен, далеко за пределы плато, куда-то в необъятный лесной мир, вполне возможно, добросив его до поля боя, где генерал Панк, он же Громобой, дает сейчас просраться боковинским некромансерам, или кто там от их имени отстаивает их причудливые ценности.
Вот же нехороший какой огр случился. Выбить у Хастреда топор до сих пор ухитрился только один драугр-лорд, даже после смерти не забывший специальное драконье слово силы, но в тот раз оружие отлетело всего лишь до ближайшей стены, а в огорчении от такой неприятности Хастред серьезно озверел и голыми руками отломал мумифицированному злодею голову по самые колени. Пользуясь тем, что рука, которой огр прикрывал для защиты морду, отказалась откинута далеко назад, Хастред что было сил пнул великана в морду сапогом — все еще тем самым, со стальными подковами, поскольку на складу сапог его размера не нашлось, а на лапти он не позарился. Удар вышел хорош, но слегка смазан тем, что огр щелкнул челюстями, и ногу пришлось резко отдергивать, пока не откусил по самое колено. Из расквашенной сопатки хлынула кровь — а ведь подвернись под такой напас кто помельче, его нос бы через затылок вылетел, таща за собой раздробленный в кашицу мозг. Огр обиженно отмахнулся пока еще целой рукой, навалившись при этом дряблым своим торсом на рыцаря, и тот захрипел, не вынося тяжести.
Хастред нырком ушел от мелькнувшей огромной руки, краем глаза отметил еще одну стрелу, пропахавшую кровавую борозду на скуле огра, отступил чуть назад и, с силой выдохнув, вытащил на свет божий свое личное совершенное оружие.
Редкий гоблин не может драться в принципе. Однако всегда найдется кто-то, кто лучше в определенной дисциплине. Чумп всегда был быстрее Хастреда. Вово — сильнее настолько, что смешно даже сравнивать, кровь кобольда это вам не ерунда. Генерал брал несметным боевым опытом. Зембус воспитан был в дивных традициях оружейной всеядности. Но никто не мог сравниться с Хастредом в одном — умении извлекать силу из знания.
Огромный, настолько мясистый, что его не проковырять оружием... да и оружия-то под рукой больше нет, скрамасакс, торчащий за поясом, огр не воспримет иначе как зубочистку. А свалить его нужно, причем быстро, пока рыцарь под ним не задохнулся.
И как бы тонко мне ни льстили,
Какой бы мне ни пели вздор,
Как джентльмен, свое бессилье
Я сознаю с тех самых пор...*
* Стихи Михаила Щербакова
А стоп, минуточку.
Задохнулся.
Какая слабость у больших парней?
