Девушка взяла телефон, увидела два пропущенных вызова от Жени и сообщение, в котором парень спрашивал, зачем она ему вчера звонила и как у неё дела, а также сообщал о запарке на работе. Нелли не смогла, а, может, и не захотела сфокусироваться на этом сообщении, потому что вдруг поняла, что ей позарез хочется забыться, забыться настолько, чтобы не думать вообще ни о чём. Она ответила Жене, что всё хорошо, а, затем, собравшись, позвонила Гарику и спросила про экстези. Дальше Нелли, действуя будто на автопилоте, стала собираться и поехала за товаром.
Когда они встретились, Гарик сказал, что у него осталась «буквально последняя таблетка», и есть ребята, которым он её пообещал. Но в обмен на кое-что он, так уж и быть, переуступит её Нелли. Девушка восприняла это совершенно безразлично. Она взяла его за руку и отвела в туалет.
После встречи с Гариком Нелли купила себе бутылку виски, вернулась в общагу, где проглотила полученную таблетку и начала запивать её виски, которое нашла у Кристины. Пустота, которая была в голове, стала как будто расширяться, оставляя девушку без каких-либо эмоций. По телу растекалось тепло, а сердце начало ускоренно биться. Мысли стали уходить из реальности в воображение. По телевизору шли музыкальные клипы. Она смотрела на них и представляла себя внутри. В какой-то момент сознание перещёлкнуло, и Нелли как будто ушла из реальности в воображение. Ей стали мерещиться её куклы, расставленные вокруг детской кровати, родители, которые всячески заботились о ней, даже несмотря на то, что она уже взрослая, и это было так мило. Рядом оказался Женя, который снова предлагал ей помочь с математикой.
Затем голова стала кружиться так, что Нелли больше не могла фокусировать взгляд. Девушка почувствовала на губах вкус своих слёз, глотнула ещё виски и потеряла сознание. Затем она перестала дышать.
Женя не понимал, как такое могло произойти.
– Передозировка наркотиков на фоне употребления лекарств и алкоголя, – заявление врача шокировало.
– Похоже, что это было самоубийство, – сотрудник правоохранительных органов не заботился подбором выражений.
– Она вела распутный образ жизни, – слова Кристины ранили, как нож в сердце.
Жене казалось, будто бы все сговорились. Ведь он видел совершенно другое, видел своё солнышко, видел, как оно сияло…
– Слушай, но ведь она и правда покуривала как минимум, – говорил ему Лёша.
– Почему же ты раньше об этом молчал?
– Да я как-то не знаю… Она не хотела, чтобы ты знал… Да и не заметно было, что она прямо «сидит».
Лёша был единственным, кто хоть как-то смог объяснить ситуацию. Кристина быстро ретировалась после отъезда полиции. Ей удалось убедить сотрудников, что найденные в их комнате наркотики принадлежали Нелли. Кристина быстро поняла, чем пахнет дело, и рассудила, что ей ещё жить, потому незачем брать на себя что-либо, что приведёт её за решётку.
Лёша рассказал, что в первый и единственный раз застал Нелли за курением ещё до того, как они начали встречаться (разумеется, опустив то обстоятельство, что он, по сути, был к этому причастен). Рассказал, что с тех пор несколько раз видел её в состоянии, похожем на наркотическое опьянение. Откуда Кристина взяла про распутный образ жизни, он не знал. Женя спросил, где она могла брать эту гадость, и Лёша отвёл его к парням из группы, которые были с ним в тот злополучный вечер, когда Нелли затянулась в первый раз. Парни эти уже не учились в университете, но их контакт у Лёши остался. Растаманы внимательно выслушали ребят, но не смогли вспомнить ни Нелли, ни того, кто снабжал её. Парни знали некоторых людей из этого круга и предположили, что «это точно должен быть кто-то из них», но сообщать контакты сразу всех, естественно, отказались. Когда Женя разозлился и начал требовать, чтобы они это сделали, растаманы просто выгнали его с Лёшей.
– Я постараюсь ещё поспрашивать, но ничего не обещаю, – резюмировал его товарищ.
Женя ушёл в депрессию.
«Ведь она была такая потерянная перед этим, а я ничего не спрашивал у неё, – думал он. – Наверное, она хотела мне всё рассказать, а я упёрся в эту работу», – корил он себя. Вспоминал что её последнее сообщение прочёл, когда ехал в метро к клиенту, который в итоге ничего не купил. Женя увидел его довольно быстро, однако не стал перезванивать, решив, что хочет сначала сделать сделку, а потом порадовать этой новостью любимую.
«Чего ей не хватало?» – спрашивал он себя, и тут же находил ответ. Он прокручивал в голове каждый раз из тех, когда она ждала от него каких-то слов, какого-то предложения, но так и не дожидалась. Каждый раз он не мог ничего ей сказать, потому что боялся, что не оправдает её ожидания, потому что убеждал себя, что ещё не время, что ещё надо подождать. Он молчал, потому что был слаб. А слаб он был, потому что не мог переступить через себя.
