- Неужели Гримберт струсил?! – воскликнул старый вождь, и в его голосе прозвучало отчаяние пополам с холодной яростью. – Неужели забыл, что не к лицу фризу прятаться в кустах, когда его соплеменники идут воевать?.. Что ж! Кто хочет трусливо прятаться – пусть прячется!
Он повернулся к старейшинам, которые снова собрались перед очагом Большого дома, и, вскинув руку так, будто призывал их немедленно ринуться в атаку, сказал:
- Мы же смело примем битву! И пусть нам помогут светлые боги!
- На битву! На битву! – закричали старейшины, потрясая оружием. – За Фризию! За Ирис!..
Глава 22
Розмунда не хотела уезжать из Тревии, пока не придёт ответ от фризов и не будут разработаны подробные военные планы. Кроме того, бывшая королева с нетерпением ждала ответа от Ирис на своё предложение. Ей нужно было вырвать у девушки отречение от ареморского престола, чтобы полностью развязать себе руки, и она не сомневалась, что сумеет сломить волю молодой узницы. И как же она была удивлена, когда встретила неожиданный отпор: Ирис не согласилась принять сделанное ей предложение! Розмунда, посчитав ниже своего достоинства говорить с девушкой во второй раз, написала ей письмо, полное угроз и пропитанное лютой ненавистью, которое узнице доставил слуга. Бывшая королева, потеряв терпение и своё обычное хладнокровие, теперь уже не ставила никаких условий: она требовала, чтобы Ирис отказалась от своих прав на ареморский престол. Когда же слуга в очередной раз принёс от узницы отрицательный ответ, Розмунда по-настоящему разъярилась: воля бывшей монастырской послушницы оказалась твёрже стального клинка, и даже заключение в темницу не сломило её.
От природы Розмунда была достаточно терпелива: не напрасно столько лет, будучи замужем за королём Фредебодом, эта честолюбивая властная женщина оттачивала мастерство придворных интриг в ожидании своего звёздного часа. Но в этот раз природная невозмутимость изменила ей. Теперь она была готова на всё, лишь бы немедленно получить то, что ей хотелось получить; при мысли о поражении (упрямство какой-то фризской девчонки, бастарда, становилось препятствием на её пути к цели! ) она больше не могла сдерживать ярости, кипевшей в сердце.
- Какие будут распоряжения, мадам? – спросил маркиз Гундахар, явившись на зов своей любовницы и сообщницы.
Он вырос перед Розмундой как из-под земли – как будто каждую минуту ждал встречи с ней, с нетерпением готовился к свиданию, распаляя себя воспоминанием о том, с каким пылом отдавалась ему эта женщина в их первую любовную встречу.
Розмунда оглядела его с головы до ног беглым, едва ли не равнодушным взглядом. Маркиз, в своей неизменной шапке из меха, стоял перед ней, скрестив на груди мощные руки в металлических рукавицах; в его единственном глазу, чёрном, блестевшем, как алмаз, читались страстная любовь и безграничная преданность.
- Мне надоело ждать, когда эта строптивица, бастард Фредебода, сломается и выполнит моё требование, - с заметным раздражением начала Розмунда, гордо выпрямив свой стройный стан, затянутый алым бархатом; отблески пламени, горевшего в камине, играли на рубинах в её ожерелье, в полумраке комнаты вспыхивали то золотые серьги, то серебряные шпильки в рыжих волосах.
Гундахар, казалось, слушал её невнимательно, вполуха, зато взгляд у него был весьма красноречивый, жадный. Больше всего на свете ему хотелось схватить любовницу на руки и, заключив в крепкие объятия, сначала зацеловать её до изнеможения, а потом бросить на ложе. Он с трудом удерживался, чтобы не потерять ясность мысли и понять, чего и зачем от него потребует его королева.
- Проклятие! Да ты совсем не слушаешь меня! – раздался гневный голос Розмунды (она умела читать мысли собеседника по выражению его лица), - и маркиз сразу же подобрался, едва ли не в струнку вытянулся перед ней.
- Так что же я должен сделать? – рассеянно произнёс Гундахар, с усилием подавляя желание плоти.
- Девчонка, видно, не поняла, что сейчас она находится всецело в моей власти, - продолжила Розмунда, снова бросив на него недовольный, с упрёком, взгляд. - Я бы с лёгкостью и без капли сожаления свернула ей шею, как цыплёнку, но… ещё не пришло время. Зато его почти не осталось для другого важного дела! Я хочу заполучить её отказ от прав на престол Аремора до того, как к нашим войскам присоединятся фризы. Ведь всегда остаётся риск, что, после того, как мы свергнем Рихемира, фризы захотят сделать королевой Аремора свою соотечественницу. Наверняка мастер-приор Тарсис располагает какими-то бумагами, которые подтверждают, что дочь фризской княжны Аралуен прижита ею от короля Фредебода. Что же помешает Альбуену, заручившись поддержкой Великого мастера-приора, провозгласить свою внучку истинной наследницей королевства?
Розмунда отошла от камина, сделав шаг к маркизу. И, когда заговорила снова, понизила голос до полушёпота:
- Ты хочешь знать, чего я жду от тебя? – Глаза её блестели. – Полагаю, в твоём замке есть камера пыток?