– Меня это абсолютно не греет, – призналась Агата. – Своих дел хватает, почему я должна заниматься убийством, которое произошло черт знает где? Да еще в столь унизительной роли сборщицы первоначальной информации? Я же не сопливая стажерка. Все это я спросила у шефа, на что мне и сообщили: я в курсе дела, ведь я расследовала убийство Романова. Странная какая-то логика, насквозь дырявая. Что же, если я нашла убийцу хоккеиста, то и того, кто укокошил тренера фигуристов, запросто найду?
– Судя по тому, что ты здесь, отбрехаться не удалось?
– Не удалось, – призналась Агата. – Все решил какой-то звонок сверху, где четко потребовали поставить нас на это дело. У нас появились поклонники, Фомин. Поздно вечером я уже беседовала с новым министром спорта, который клятвенно обещал нам всяческую поддержку. Пока я была там, удалось опросить бывшую секретаршу Солнцева. Она в рыданиях и заверениях: ее шеф был просто чудо, все его любили и обожали. Это вся информация. Министр подтвердил, что он от убийства по колено в шоке, кому мог помешать этот прекрасный человек – непонятно, заверил, что поддержка будет на самом высоком уровне. Не знаю, как это поможет при беседе с Торадзе, но избежать визита к ней не удастся.
– Боишься?
– Не боюсь. Но до смерти не хочется вновь заниматься отписками и ходить к начальству на ковер из-за ерунды. У меня одна жизнь, и хотелось бы провести ее несколько иначе. Я не верю, что все так всполошились просто из-за того, что Солнцев был очень хорошим человеком.
– Кроме должности Солнцева и того, как он был убит, что тебе уже о нем известно? – спросил я.
– Вдовец, трешка в центре, ездил на пижонском двухместном «мерседесе». В гараже еще «лендкрузер», так что с деньгами все было в порядке, – ответила Агата. – Пара штрафов за превышение скорости, ничего серьезного. Детей не имел, не судим, двойное гражданство, второй паспорт канадский. На его имя зарегистрировано ООО «Альтаир спорт интернейшнл» и ИП. Выписки по счетам пока нет, так что насчет его финансовых операций сказать ничего не могу, как и о его личной жизни. Копаться не было времени, меня огорошили новостями не далее как вчера в обед, и все это время я провела в унылых попытках отбиться от этого дела.
– А что случилось с его женой?
– Стас, я без понятия. Надо выяснять. А может, и не надо. Да нет, надо, конечно. Прости, меня почему-то уже заранее тошнит от всего. Это омерзительно, когда тебя используют вот так, внаглую, неудивительно, что у меня нет ни малейшего энтузиазма. Надо побывать у него на последнем и предпоследнем месте работы, квартиру осмотреть, гараж, машину, ну и поискать даму сердца, он еще вполне молодой мужик был, сорок восемь лет, не жил же бобылем после смерти жены. Словом, все как обычно. Отрабатываем связи, контакты, телефонные номера. Но это потом.
– А сейчас что?
– А сейчас мы с тобой поедем к мадам Торадзе и пообщаемся с ней на предмет нашего покойничка, – обрадовала меня Агата. – Я понимаю, ты с дежурства, но одна я к ней не сунусь, там явно чем-нибудь нехорошим кончится. А я и без рукоприкладства с миллионершами в черном списке.
Софико Торадзе ждала нас в своем кабинете. Войдя в приемную, я ожидал увидеть там роскошную секретаршу, которая понравилась мне во время прошлого визита, но теперь на ее месте сидела какая-то линялая блондинка с лошадиным лицом и нездоровой кожей, покрытой толстым слоем тонального крема и пудры. Она неохотно поднялась с места и проводила нас в кабинет, хотя мы и сами бы легко нашли дорогу. Я скосил глаза на ее монитор. Блондинка играла в шарики, расставляя их по три в ряд. Невероятная занятость.
Торадзе с безукоризненной прической, взбитой кверху, элегантным макияжем, одетая в дорогой черный костюм, восседала в своем кресле, словно царица на троне. В ушах хищно сверкали массивные бриллианты, и я невольно вспомнил прошлую историю ее ограбления, которое мы не смогли доказать. Она не поднялась навстречу и присесть не предложила. На наше «добрый день» также не ответила.
– Я вообще разговариваю с вами исключительно по просьбе министра, – сразу предупредила она. – Не ждите от меня какого-то хорошего отношения после того, как вы растрясли по всему городу мое грязное белье.
– Под грязным бельем вы подразумеваете убийство? – любезно спросила Агата. Торадзе поджала губы.
– Что вам нужно?
Агата без приглашения уселась за стол и нахально закинула ногу на ногу. Я сел рядом.
– Нас интересует Артемий Солнцев. А точнее, всё, что вы можете о нем рассказать.
Торадзе потянулась к дорогому портсигару, вытянула из него тонкую, как веточка, сигаретку и прикурила, выпустив клуб дыма, пахнущего вишней.
