Клаудия подошла к столу, проверила свечи, убедилась, что ни одну из них не задули. Две уже догорели — золотая и зеленая. Три еще слабо помаргивали. Она подошла к Дэну, обняла за шею. Он него несло баром: сигареты, подгоревший жир, пивной дух.
Он чмокнул ее в лоб, потом прижал сильнее, обхватил за бедра. Его губы начали искать ее рот.
Клаудия со смехом отпихнула мужа:
— Не дури. Тебе срочно надо в кровать.
— А тебе надо пойти со мной.
— Отстань, Дэн! — Она уперлась ладонями ему в грудь. — Ты что, рехнулся? Середина ночи!
Он надул губы как обиженный мальчишка, против чего она никогда не могла устоять.
— Сама первая начала. Набросилась на меня… а кругом свечки горят… И вино… — Он ткнул пальцем в сторону журнального столика, затем глянул на него еще раз, точно увидел впервые. Вскинул глаза на жену: мол, что за фигня творится в этом вашем Клубе книголюбов?
— Ничего я не начинала. Просто встретила мужа после тяжелого
— Ах так, не начинала?! — Он сгреб ее в охапку и, будто она ничего не весила, с хохотом перекинул через плечо.
— Дэн! Поставь меня на место! Прекрати сию минуту. Уймись! Уронишь!
Не обращая внимания на возмущенные вопли, он оттащил ее в спальню, где превратил (пусть и капельку неуклюже) ее протесты в стоны.
Допотопные жалюзи закрывали окно напротив кровати Клаудии. Широкие металлические пластинки, скрепленные двумя желтыми полотняными лентами. По утрам в комнату пробивались лишь скудные крохи света, поскольку соседний дом стоял почти вплотную. Каждое утро Клаудия, разглядывая жалюзи, затевала одну и ту же игру, пытаясь угадать: солнечно на улице или пасмурно. Задача не из простых. Если угадывала, считала, что это добрый знак и день будет удачным. Сегодня поставила на солнце.
Ну и вечер вчера выдался. Вечер желаний. Клаудия засунула в рот градусник и перебирала в памяти вчерашние события вплоть до возвращения мужа… и после. Дэн все еще дрых у нее под боком. Клаудия положила градусник на тумбочку, села на кровати, сбросив ноги на пол, и аккуратно отметила 37,1 напротив третьего февраля.
Дэн отправился в ванную, когда она, уже одетая, пила кофе на кухне. Клаудия услышала мощное журчание, но звука опустившегося сиденья унитаза так и не дождалась. Надо надеяться, они не станут цапаться с самого утра. А впрочем, вполне возможно, поскольку оба не выспались.
Сегодня она выбрала костюм с длинной юбкой, что должно было придать ей собранный вид и помочь худо-бедно справиться со смертельной усталостью и легким похмельем. В кухню ввалился полусонный Дэн: халат подпоясан кое-как, одна пижамная штанина задралась, открыв волосатую икру.
— Отлично выглядишь. — Он полез в буфет у нее за спиной. — Спасибо за кофе.
— Не за что.
Клаудия обожала его утренний запах — только Дэн и ничего кроме, ни дезодорантов, ни шампуней, ни лосьона после бритья; крепкий мужской дух несвежей пижамы и немытых волос. Хотя без кислого запашка пивного перегара она запросто обошлась бы.
— Что-то не нравится мне ваш книжный Клуб в последнее время. — Дэн сонно ухмыльнулся. — Посиделки за полночь, свечки цветные, дорогущие книжки по оккультизму. — Он прислонился к раковине и отхлебнул кофе.
— Ой, тут такое дело… — Клаудия оборвала себя, но после паузы продолжила: — Это затея Линдси — ну, с желаниями… Хотя не только она… вообще-то мы все согласились…
Дэн молча смотрел на нее.
— Согласились загадывать желания. Произносим заклинание, зажигаем свечу… Похоже, у нас кое-что получается. — Клаудия убрала волосы за уши и поправила очки на носу.
— Вы загадываете желания? — недоверчиво переспросил Дэн.
— Да. Для Типпи, например.
— Для… Типпи?
— Это кот Мары.
Дэн, не спуская глаз с Клаудии, пил кофе. Прервался на мгновение, снова отпил.
— В первый раз мы пожелали, чтоб ливень прекратился, и представь — дождя как не бывало. А вчера загадали целую кучу желаний.
— Вчера дождя не было.
— При чем тут дождь!.. Мы другое загадывали. («Он не понимает».) Это все Линдси придумала, ты ж ее знаешь.
Дэн медленно кивнул:
— Как тогда с фэн-шуй?
Когда они въехали в эту квартиру, Линдси, невзирая на их протесты, пригласила специалистку по фэн-шуй. «За мой счет! — заявила она. — Подарок вам на новоселье». Дэн, на его счастье, специалистку не застал и не видел, как та шастала по квартире и давала указания, зато китайский фонарь, который она повесила перед дверью в прихожей, каждый божий день колотил его по макушке. Через неделю Дэн не выдержал и потребовал снять чертову штуковину. Никаких катаклизмов в их жизни за сим не последовало, и, обнаружив, что золотая рыбка, которую по фэн-шуй надлежало держать на журнальном столике, плавает кверху брюхом, Дэн без труда убедил Клаудию избавиться и от аквариума.
— Так что, собственно, напридумывала Линдси?
— Клуб желаний. — Клаудия помолчала. — Мы вроде как объединяем нашу энергию и загадываем желания. Дико звучит, сама знаю, но у нас получается. Правда.
Дэн снова припал к чашке с кофе.
— Я загадала, чтобы у нас был ребенок.
Дэн смягчился.
